И вот, наклонившись перед матириком, который парил на орбите зелёной планеты, мужчина стал внимательно изучать перемены, которые затронули Либо за последние тридцать с чем-то лет после смерти Бессмертного Императора…
У Александра уже имелось примерное представление о том, что произошло с Лимбо после войны Бессмертного Императора. Более детальный анализ только уточнил для него некоторое моменты.
Война привела к страшной разрухе на всём континенте. По меньшей мере треть всех городов и поселений лежали в руинах. Всюду — на заледенелых равнинах, в джунглях, пустынях, на вершинах гор и глубоко под землёй — валялись и гнили пушистые трупы… Это всё ещё было не настолько ужасно как Великое Зверство, которое начисто стирало все зачатки цивилизации за исключением великих Фракций, которые на время оного уходили в своеобразную консервацию, но всё равно трагедия была монументальной. И даже поражение и смерть Бессмертного императора Ву Лина, Чёрного императора, как теперь называли его сами кролики, не завершила этих бедствий.
Как только Белый Альянс потерял своего главного противника, его члены обратились друг против друга. Некоторые фракции потеряли больше во время конфликта, другие — меньше. Хрупкий баланс оказался нарушен, и разумеется нашлись те, кто решил этим воспользоваться. Боевые действия разгорелись ещё даже до того, как великая армия, которая штурмовала столицу Императора, успела разбрестись. Бывшие соратники устраивали засады и набрасывались друг на друга прямо по дороге домой. Сотни фракций, словно сотни ядовитых змей, ринулись в атаку и сцепились в ужасающих объятиях за право урвать себе как можно больший кусок и без того обглоданного пирога.
С тех пор прошло больше тридцати лет… Пламя погасло, и всё равно по всей протяжённости не очень большого, но всё же полноценного континента, тлели угольки. Когда Александр приблизил камеру, чтобы внимательнее рассмотреть происходящее, он сразу обнаружил сразу несколько горящих деревень, в которых буйствовали разбойники. Бандитов всегда очень много в смутные времена. Они появляются точно опарыши в гниющем мясе. Рослые кролики убивали мужчин, тащили женщин за ушки и забирали съестное из погребов. Сейчас оно ценилось намного больше, чем любые деньги. Общество деградировало до той степени, на которой товарно-денежные отношения, — поддерживаемые, между прочим, Бессмертным императором, — снова уступили место более твёрдой валюте: морковке и вяленому мясу.
С населением тоже была беда. На данный момент оно насчитывало всего пять миллионов и неумолимо сокращалось. Немногие выжившие именно что выживали, и жизни их представляли собой непрекращающуюся борьбу.