— Мастер Вельзевул, мне стоит показывать ему кольцо?..
«Нет, мелкая тупорылая тварь! Ты разве не понимаешь? Это насекомое хочет тебя убить, тебя, моего носителя! Ничего, оно поплатится за свою дерзость… Дождись его вечером, а когда он приблизится, поверни кольцо три раза, преврати его в серп и перережь ему горло. Ты меня понимаешь, отродье⁈»
Волчонок на секунду растерялся, но затем кивнул… Наконец он взялся за кирку и вернулся к работе.
В свою очередь Александр покачал головой и прокашлялся. У него возникло стойкое ощущение, что с таким подопечным ему придётся ещё не раз кричать, делая грубый и гортанный голос Вельзевула…
…
…
…
Вечером, вместе с началом бури, многие рабы, возвращаясь в свои шатры, заметили мохнатую фигуру двухметровой обезьяны с длинными ладонями, которая, улыбаясь, шагает в сторону палатки Волчонка.
Демоны горько усмехнулись и начали прятаться от песка в своих палатках…
А на следующее утро, к своему великому удивлению, они снова увидели черноволосого юношу. Только сперва они его не признали. Его вытянутая мордочка немного притупилась, когти стали менее отчётливы, шерсть поредела… В глазах его появился странный, разумный блеск. Когда вывалили груду гнилого мяса, он не стал пробиваться через толпу, к великому облегчению последней, ибо, по собственным словам, был «не голоден».
Так и началось возвышения юного демона. Превращение Волчонка в настоящего Волка.
Александр, делая записи и составляя хронологию — на память — даже поделил историю своего подопечного на своеобразные как бы сериальные «арки»…
В своё время, когда Александр наблюдал за приключениями Рома, он мысленно разделил его жизнь на своеобразные промежутки, о каждом из которых можно было написать полноценную книгу. Некоторое время Александр действительно собирался этим заняться, даже отнести свою работу в издательство или выложить её на каком-нибудь сайте, но потом навалилось много дел и он, слишком увлечённый процессом творения, забросил данную задумку.
Тем не менее его мозг, прямо пропитанный всевозможными фильмами, книгами и сериалами, прочитанными или засмотренными до дыр с единственного диска в детстве, всё равно всегда подмечал подобные закономерности.
Подметил он их и в этот раз.
Первую арку в жизни Волчонка можно было назвать рабской. Она была не очень длинной и умещала всего парочку приключений. Его битву с обезьяной, заговор, который против него чинили другие рабы, и наконец противостояние с надзирателем, которому приглянулось его кольцо.
Последний эпизод был самым напряжённым. Волчонок, следуя приказам демона в своей голове, отдал свой драгоценный артефакт, а потом вместе с Вельзевулом спланировал, — впрочем, планировал в большинстве своём последний, ибо сам юноша был не очень смышлёным, — как его вернуть и заодно превратить заносчивого надзирателя, который «посмел прикоснуться к моему сокровищу, жалкое отродье!», как сказали его гнойное величество, — в живительные соки в животе Волчонка.