Некоторые и без того гигантские деревья вымахали в небесную высь аж на целые километры. Более того, они стали с подозрительной ритмичностью шевелить своими веточками. Казалось, таким образом они подают сигналы и пытаются… Общаться.
В них зарождались сознание и разум. За многометровой толщей древесной коры золотистым током били первые проблески мозговой активности.
Мир менялся, менялся прямо на глазах. На данный момент все эти процессы находились в зачаточном состоянии, — как семечки, посаженные в плодородную землю, — но Александр был уверен, что в ближайшую сотню лет флора и фауна планеты драконов претерпит монументальную трансформацию…
Наконец, через год вялотекущей войны наступил решающий момент. Ранним утром силы свободных драконов обрушились на своих противников по всей протяжённости джунглей. Враг имел численное преимущество, их победа была невозможна, однако её было и не нужно, ведь главной задачей атакующих сил было всего лишь отвлечь и задержать противника…
На дне протяжённого зелёного грота находилась небольшая поляна у берегов чистого голубого озера. Прямо сейчас на ней расположилось несколько разномастных драконов. Любая ящерка, увидь она эту картину, очень бы удивилась, ибо все эти драконы были Господами, и подобное собрание среди них было большой редкостью; не менее удивительными были лица, а вернее сказать морды собравшихся. Все они выражали взволнованное напряжение.
Время от времени драконы поглядывали на Креста и небольшого пушистого зверька, который сидел рядом с ним, и которого они боялись и уважали едва ли не больше, чем самого чёрного дракона.
Шло время.
Пара из учителя и ученика была совершенно непоколебима.
Они казались даже более невозмутимыми, чем озеро неподалёку, которое, благодаря высоким стенам грота, никогда не волновали потоки ветра.
Наконец Ву Лин открыл глаза и посмотрел вверх.
Следом за ним то же самое сделал Крест.
Через несколько секунд в небесах промелькнула голубая ящерка.
— Пора, — сказал кролик.
Чёрный дракон приподнялся на свои лапы.
Время пришло… Их ударный кулак должен был пробить себе дорогу к изначальному улью и раз и навсегда одолеть Великую матерь.
Прежде драконы не имели своего календаря. В нём не было смысла. Климат на их родине был везде равномерным, — Александр всё ещё не привык создавать миры с разными климатическими зонами, в них было сложно ориентироваться, — а история стояла на месте. Ничего не происходило. Ничего не могло произойти. Жизнь представляла собой бесконечное колесо, в котором драконы кружились как планеты на орбите звезды, коей была Великая Матерь.