Этот пористый обрубок Изнанки элементов пугал своими непонятными физическими свойствами — он наглухо, бесследно впитывал в себя любые сканирующие лучи и Живой Свет, создавая вокруг себя слепое пятно. Борс трое суток безвылазно ковырялся в этой чужеродной титановой глыбе, обложившись приводами и верстаками. Он Мысленным взором пеленговал её структуру и пытался пропустить сквозь металл лазурные токи своей ауры и чуть не сжёг себе меридианы от восторга, когда понял одну фишку. Борс тогда тайно позвал меня в ангар.
Когда я скрытно пробрался к нему в тёмный угол, он сидел на титановом закрылке челнока, а его глаза бешено светились. Подбрасывал на ладони серые металлические крупицы толщиной всего в пару миллиметров и хищно скалился:
— Смотри, Ракета, какая ювелирная работа. Если засадить их прямо под кожу, вплотную в кости виска, мы сможем чатиться в обход любых имперских сетей. Ни один сканер Канцелярии не запеленгует.
Я удивленно приподнял бровь, разглядывая пористый титан:
— Ты резать меня собрался, Сопло? Пекловы Жернова, а если эта навья дрянь закоротит наши Живые потоки? Отец узнает — сдерёт с нас шкуру, не дожидаясь отлёта. Да и лекари в Академии на первой же проверке Очагов нас выкупят.
— Да брось ты, Ракета, — Борс нагло прищурился, качнув пшеничным ежиком волос, и взял меня на хлёсткий, пацанский понт. — Домашний контур эти пластины вообще не видит, я уже проверял. Они наглухо глушат Живой Свет вовне. Или что, Наследник, испугался мелкого лазерного надреза? Жилы затрещали? Неужели тебе слабо пойти против отцовского устава и выковать свой собственный заслон перед Белым Арианом? Так и скажи, я не гордый, найду кого-нибудь другого, посмелее.
Моя воинская гордость мгновенно встала на дыбы. Кровь в венах упрямо налилась теплом. Я жестко шагнул к нему вплотную:
— Кому слабо, Балабол? Антрацит тебе в печень, руки у ТЕБЯ трясутся, а не у меня! Доставай свой резец. Только если ты промахнешься хоть на микрон и заденешь мне слуховой меридиан, я лично катапультирую твой комбинезон в Разлом.
Борс только хищно ухмыльнулся, активируя лазер. Операция шла наживую, секунда в секунду. Резец с тихом свистом прошил мне кожу за ухом, вколачивая чешуйку прямо в кость. В глазах полыхнула багровая вспышка, плазменные жилы на шее рельефно раздулись от перегруза, но я лишь упрямо стиснул зубы, не поморщившись назло штурману. Затем перехватил прибор и зеркально повторил то же самое на Борсе. Кость приняла изнаночный металл как родную деталь, намертво запечатав заушный шлюз, а Квантовая регенерация идеально стянула кожу за минуты.