— Нет, всё в порядке. Со мной всё в порядке, — торопливо ответила я, хотя сама слышала, как слабо и фальшиво это прозвучало.
Он ненадолго замолчал, посмотрел в сторону, потом повернулся ко мне и спокойно, почти буднично сказал:
— Ты знаешь, что ты здесь больше не работаешь?
Я вздрогнула. Он произнёс это так, будто решение принял задолго до сегодня.
— Да… Елена мне сказала, — обречённо выдохнула я.
Помолчала, набрала воздуха и тихо спросила:
— Можно… можно мне попросить зарплату? В самое ближайшее время. Мне очень надо. Мне… негде жить.
— А как же вьетнамцы?
— Меня выселили вчера. Я… приехала на работу с чемоданом.
Поль молча поднялся, медленно прошёлся по кабинету, о чём-то думая. Его шаги были негромкими, но в этой тишине казались гулкими. Потом он остановился и сел на край стола, совсем рядом со мной. Расстояние между нами почти исчезло.
Я снова почувствовала знакомый аромат — его парфюм, тонкий, терпкий, обволакивающий. Тот самый, который ощущала в зале французского института. Сердце сжалось: тогда было так просто, так спокойно. А теперь…
— Я приду домой в восемь вечера. Постарайся выспаться, — сказал он негромко.
Он вырвал лист из своего ежедневника, быстро что-то написал и протянул мне записку. Я развернула её: адрес и номер телефона.
— Ты готова ехать? Я вызову такси.
— Готова, — едва слышно ответила я.
Хотя на самом деле — я не понимала, что происходит. Всё как будто не со мной.
Я вышла в коридор. Медленно шла по нему, потом спустилась по ступенькам. Всё вокруг оставалось прежним: смена, шум, запахи, разговоры, звон посуды. Только меня в этой системе уже не было.
Меня будто вычеркнули. Или отпустили.
Впервые за долгое время я проснулась не от шума. Вокруг было спокойно и тихо. Я лежала, наслаждаясь этим редким умиротворением, и медленно открыла глаза. Огромная светлая гостиная, мягкий диван под спиной — и Поль, сидящий за барной стойкой. Было уже утро.
— Вьетнамцы на тебя плохо влияют, — улыбнулся он. — Ты спишь в одежде и не закрываешь входную дверь.
Я огляделась. На мне действительно была куртка. Шапку я нащупала на голове. Ботинки валялись у порога, а чемодан стоял рядом с диваном.
— Прости… я даже не помню, как так вышло. Со мной никогда такого не было, — пробормотала я, начиная оправдываться.
— Не переживай. Можешь так делать и дальше, — спокойно ответил он. — Что ты хочешь на завтрак?
— На завтрак? — переспросила я, сбитая с толку.
Я совсем забыла, о чём только что спросил Поль. Мой взгляд скользил по гостиной — высокая барная стойка, мягкий свет из окна. Я села на диван, расправила куртку, и в этот момент заметила: Поль неспешно наливал себе красное вино.