Не успел затянуть завязки на штанах, как послышался шум и появилась процессия из шести человек: «вертухай», коннетабль и четверо воинов, на этот раз без алебард, с мечами на поясах.

— Пора идти, — хмуро сказал коннетабль. — Подойдите к решётке и повернитесь спиной, заведя руки за спину.

Вот чёрт, похоже, нам решили связать руки за спиной. Предусмотрительные, сволочи.

— А если мы против того, чтобы нам связывали руки? — поинтересовался я.

— Это не вам решать, таково уложение, чтобы отправляющийся на пытки в отчаянии не совершил какую-нибудь глупость. Впрочем, вы можете не доводить дело до пыток, просто скажите Его сиятельству, где камень.

— Не скажем и не пойдём по своей воле, — заявил гном.

— На этот счёт у нас есть свои способы заставить вас подчиниться.

— Попробуете порубить нас мечами?

— Нет, принесём луки и раним в руки и ноги стрелами, а когда вы будете не в состоянии двигать конечностями, мы зайдём и спокойно вас свяжем. Раны перевяжем, чтобы не истекли кровью прежде, чем попадёте в руки палача.

Весёленькая перспектива, и понимаешь, что положение безвыходное. Эй, магистерий, ты чего там во мне примолк? Может, ты вообще во время сна выпал из разжавшихся пальцев и спокойненько лежишь себе в сене?

Делать нечего, я подошёл к прутьям и встал спиной, заведя руки назад. Встретился взглядом с гномом и эльфийкой — удивлённым и понимающим, пожал плечами. Отойдя в сторону с туго стянутыми за спиной руками, уступил место товарищам. Пару минут спустя всё было кончено. Дужка замка с щелчком открылась, заскрипела несмазанная дверь, выпуская нас наружу, и мы гуськом, под конвоем стражников с обнажёнными мечами в руках направились по коридору.

Минуя камеру старухи, я вновь услышал лязг цепей и увидел испещрённое морщинами лицо с безумными глазами.

— Смерть графская идёт, смерть идёт!

— А ну молчи, ведьма! — прикрикнул на неё стражник, замахнувшись факелом.

Старуха даже не отпрянула, лишь продолжала молча глядеть нам вслед, при этом мерзко хихикая.

Нам не понадобилось покидать подвал, как оказалось, пыточная находилась в боковом ответвлении, представляя собой помещение со сводчатым потолком, выложенным, как и стены, красным кирпичом. Не исключено, что цвет кирпича подбирали специально, дабы на стенах кровь была не так заметна.

Здесь уже находились и граф в своём вчерашнем тёмном костюме, и невысокий, крепкий мужик с абсолютно лысой головой, в кожаном фартуке и закатанными рукавами, из которых выглядывали крепкие, узловатые руки. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что это и есть палач.