Из всех тварей, что мы сейчас увидели, эта ближе всего была к человеку. Во всяком случае, стояла на двух ногах, вернее, конечностях, потому что назвать ногами эти костлявые палки с вывернутыми назад, как у копытных, коленями, не поворачивался язык. Обтянутое бледной кожей костлявое существо высотой около двух с половиной отдалённо походило на монстра из фильма «Лабиринт фавна». Вместо лица — уродливая, безглазая маска, а руки заканчивались серповидными когтями, каждый из которых играючи был способен распороть брюхо хоть гному, хоть человеку.

— Это сам барон, от него не спасёт даже камень! — с выражением безысходности в голосе простонал карлик.

— Если не спасёт, тогда нужно улепётывать, — констатировал я. — Или попробовать снести ему голову.

Я выбросил навстречу твари лезвие Шелеста, но та играючи отбила его своими когтями, я едва не выпустил рукоять. Шустрая, зараза, придётся делать ноги.

— Уходим, быстро! — крикнул я своим и кинулся в проход.

— Глупцы, вы всё равно не сможете правильно прочитать заклинание!

Я всё же не удержался, обернулся на крик и увидел, как когти твари, подобно щупальцам лицехвата из киносаги «Чужие», обхватывают голову несчастного алхимика и одним рывком отделяют её от туловища. Затем существо обнюхало голову и небрежно отбросило в сторону. А по лестнице уже карабкались новые и новые твари потустороннего паноптикума.

— Бежим, бежим! — снова заорал я.

Но моих товарищей можно было не подгонять, они и без моего напоминания что есть силы припустили в сторону комнаты с зеркалом. Я спиной чувствовал, как монстры из преисподней, в которой мы оказались из-за проклятого карлика, преследуют нас по пятам, и мне очень не хотелось оказаться во власти их когтей и клыков.

Вот зеркало!

— Мари, читай заклинание!

Мариэль принялась бормотать, секунд десять спустя замолчала и уставилась перед собой. Ничего не происходило, наши отражения в ТОМ мире по-прежнему оставались неподвижными, а я прекрасно слышал, как сзади приближается кошмарная тварь.

— Не выходит, — выдохнула эльфийка. — Не понимаю почему, но не выходит.

«Что, Данила-мастер, не выходит каменный цветок?», — совершенно ни к селу ни к городу вспомнила фраза хозяйки Медной горы. Я встряхнул головой, возвращаясь в ужасающую реальность. Может, вернуть им этот грёбаный камень? Но я подозревал, что это вряд ли нас спасёт, да и подсознательно жаль было бы его терять. Не зря алхимик так стремился до него добраться, хотя и знал, что может погибнуть. Что, впрочем, с ним и случилось. И с нами может случиться, если мы задержимся здесь ещё на минуту.