С этими словами под проклятия гнома он неторопливо стал подниматься по лестнице, но несколько секунд спустя я услышал звук натягиваемой тетивы, и ещё через мгновение выпущенная эльфийкой стрела насквозь пронзила карлику бедро.

— Ай-яй-яй, больно! — заверещал тот, падая н ступени.

Он безуспешно пытался вырвать из ноги ушедшую чуть ли не по оперение в плоть стрелу, но в правой руке всё ещё крепко сжимая камень. А щупальце, как по команде, рвануло в нашу сторону. Причём оно нацелилось именно на меня, и мне не оставалось ничего другого, как обнажить меч. То же самое проделали Грили и эльфийка, доставшая свой меч-лепесток, она явно понимала, что стрелами тут не отобьёшься.

Оказалось, что щупальце очень даже неплохо шинкуется на части, разве что иногда лезвие скрежетало по костяным крючьям. С какого-то перепугу промелькнуло, что какие-нибудь китайцы тут же принялись бы это всё ещё шевелящееся мясо парить и жарить, и от этой мысли меня едва не стошнило.

Оп-па, а вот и собратья нашего щупальца! Извиваясь, ещё пара таких же щупалец, только чуть тоньше, двигались в нашу сторону. Они явно перекрывали нам путь к лестнице, вверх по которой медленно полз карлик, оставляя за собой слабый красный след. Зря он теребил стрелу, а если бы вырвал (что вряд ли, слишком глубоко засела), то вообще истёк бы кровью за считанные минуты.

Нет, с щупальцами дело ладилось, правда, когда в окна, разрывая засохший плющ, полезли похожие на гарпий твари, сердечко моё слегка ёкнуло. Существа, расправив кожистые, перепончатые крылья, пикировали на нас сверху, разевая в визгливом крике пасти и целясь прямо в лица длинными, изогнутыми когтями.

Тут-то как раз и пригодилось умение эльфийки, тетива которой щёлкала со скоростью выпущенной из автомата «Калашникова» очереди. Стрелы летели точно в раззявленные пасти, заставляя тварей кувыркаться в воздухе и в агонии падать к нашим ногам. Мы с гномом с удовольствием добивали их ударами меча и топора соответственно.

А тут новая напасть — следом за щупальцами в дверной проём, снеся с петель створки, протиснулось нечто, больше всего напоминавшее огромного паука. Да это он, в сущности, и был, я даже вроде бы крест на спине разглядел, только гигантских размеров. Тварь застыла напротив на восьми мохнатых ногах, и четыре пары глаз вперились на нас с отвратительной морды.

— Уходите, я его задержу! — крикнул я своим, держа перед собой меч.

Паук выждал ещё секунду, и вдруг ринулся вперёд, выставив вперёд свои хелицеры, с которым капала ядовитая слюна. В тот же миг лезвие моего Шелеста со смачным звуком вошло в сочленение одной из передних ног. Отрубленная конечность упала на пол, ещё продолжая дёргаться.