— Уж не о философском ли камне идёт речь? — спросил я с показным равнодушием.

Судя по тому, как нервно сглотнул слюну карлик, речь шла именно о нём. Но он тут же справился с эмоциями, беззаботно махнув рукой:

— Скажете тоже… Это просто артефакт, который поможет мне стать прежним худым Франциском.

— Ну ладно, забирай его — и сразу валим обратно.

— Да-да, именно так и поступим! Тут недалеко, надеюсь, вы меня проводите?

Что-то не очень понравился мне его тон. Ну да ладно, пока он с нами, значит, вряд ли будет рисковать своей, а значит, и нашими жизнями.

Алхимик двинулся по тому же коридору, по которому мы сюда пришли, только сейчас наши шаги звучали глухо, и краски по-прежнему выглядели блекло. Сюрреализм продолжался, и какое-то неприятное чувство давило на грудь, словно за ближайшим углом нас могла подстерегать какая-то неприятность.

Тем временем мы спустились по лестнице обратно в холл и следом за толстым карликом свернули в боковой коридор. Наше путешествие завершилось в алхимической лаборатории, куда мы уже заглядывали недавно, и сейчас тут всё выглядело не в пример лучше. Никакой пыли, все приборы целые, а ещё на столе стояла простая деревянная коробочка, которой раньше точно здесь не было, и к ней-то первым делом и кинулся наш заказчик. Открывая шкатулку, он старательно прикрывал её от нас своим жирным телом, но мне всё же удалось заглянуть через его плечо, и я увидел, что в ней покоится камень, цветом похожий на рубин, а формой на яйцо. Алхимик резко обернулся, и на меня уставились горящие от возбуждения глаза.

— Магистерий! С его помощью я наконец-то верну свой настоящий облик… И ещё много чего смогу сделать, — добавил он словно бы себе под нос.

— Надеюсь, теперь-то мы можем возвращаться?

— Теперь можем, но, боюсь, это получится только у меня.

— С чего бы это?

— Сейчас узнаете.

С этими словами, сжимая в руке камень, он прошмыгнул к выходу, а спустя пару секунд, придя в себя, мы рванули за ним. Бежал наш колобок на удивление шустро, но мы всё же неумолимо приближались. На что он вообще рассчитывал?

Мы оказались в холле, и тут я замер как вкопанный: от входной двери, извиваясь по полу, в нашу сторону здоровенное щупальце, усеянное короткими костяными крючьями. В запале погони я и не заметил, как мой амулет начал жечь грудь, предупреждая о грозящей опасности. Эх, что ж ты раньше молчал!

— Что это за хрень⁈ — вырвалось у меня.

А карлик, которого щупальце лишь чуть погладило по его короткой, толстой ноге, обернулся, растянув своё толстое лицо в злорадной ухмылке:

— Я, кажется, забыл сказать, что Зазеркалье стараниями господина барона населено разными тварями. То есть я наверняка не знал, но теперь вижу, и подозреваю, что это чудовище не единственное, которое способно забрать ваши никчемные жизни. Но никто из них неспособен причинить вред обладателю магистерия, а он сейчас у меня. Неужели вы думали, что я позволю вам вернуться, зная, что у меня в руках, возможно, самый мощный артефакт Земноводья? Недаром барон спрятал его в отражённом мире, и среди тех, чьи останки покоятся возле зеркала, наверняка были и те, кто знали о камне, но не ведали, как к нему подобраться. Я посвятил этому половину своей жизни, и теперь по праву владею философским камнем, он же магистерий! А зеркало мне уже не понадобится, выбравшись обратно, я его просто разобью. Надеюсь, какое-то время вы ещё поживёте, а если повезёт — просто умрёте, а не станете одними из них.