Меня колотило от ярости. Подлец озаботился кляузами на родителей Раданы. Он собирался сразу после свадьбы избавиться от ее семьи! Все ради денег. Травы и компоненты ценились на вес золота, и женишок уже мечтал, как будет распоряжаться имуществом аптеки. Я оставил их, когда начались утехи. Мне было дурно от одного вида предателей.

Чаща приняла меня, как родного, и я оказался у нашего с Мартой дома. Она сидела на пороге, вперив взгляд в пустоту. Ее окончательно поблекшие глаза словно светились в кромешной тьме. Марта щелкнула когтями, выбивая искру. Ее лицо озарил тусклый свет свечи.

Она молчала, сколько бы я не ждал. Мачеха просто смотрела. Я думал, она станет ругаться, набросится на меня с проклятиями, велит заниматься до посинения, отрабатывая удары или заучивая проклятия.

Марта молчала. Это пугало меня больше, чем жестокость. Я воткнул в землю нож и перекинулся через него, возвращая свою истинную форму. Марта не отреагировала. Она так и продолжала спокойно сидеть. Не зная, как поступить, я подошел и сел рядом. Какое-то время ничего не происходило, а потом… будто плотину прорвало.

— Что делать, мам?..

А дальше все получилось будто само собой. Понимаешь, о чем я? В минуту отчаяния мы хватаемся за соломинки. Марта могла предложить мне лишь одно решение, и в здравом рассудке я ни за что бы не согласился. Дело даже не в мачехе. Просто для карги с настолько окаменевшим сердцем не существует альтернатив. Только насилие.

Марта прикрыла глаза руками, страшно сгорбившись. Ее пальцы дрожали, а на когтях мелькали отблески магии. Было что-то жалкое и одновременно зловещее в этой позе. Воистину, нет ничего страшнее матери, пытающейся любой ценой защитить своего ребенка.

— Прости, сынок, — прошептала она. — Нам не дано предвидеть все. Теперь твоя любовь в опасности. То, что предназначено тебе самой Истле, пытается украсть другой. Он недостойный человек. Ты должен защитить Радану.

Рада. Ада. Она была в опасности. Я мог думать лишь о том, как спасти ее. Марта сходила с ума от волнения. Ее методы стали недоступны, ведь теперь магии не хватало на нападение. Однако какая мать пошлет сына на верную смерть от рук крестьян? Отправить меня сражаться она не могла. Был другой вариант, который, как ей казалось, убережет меня от прямого столкновения.

Марта протянула мне бутыль яда и велела накапать семейству паренька небольшую дозу. Все должно было выглядеть как несчастный случай, банальное отравление. Семья положила в общий котел не те грибы. Один ужин и моя возлюбленная свободна.

Я сделал все, как сказала Марта. Это было мучительно. Я не мог поверить, что решился на такое. Убить человека! Для меня это стало падением на самое дно. Я успокаивал себя тем, что делаю это ради возлюбленной. Был ли я честен хотя бы с самим собой? Нет.