— Я же хотела, чтобы он пришел! — захлебываясь икотой, всхлипывала она. — Я обещала зайке, что он останется. А его не-е-ет!
Сердце пропустило удар и глухо заныло.
Я не был готов к такой лавине эмоций. Не думал, не предполагал, что мое отсутствие способно расколоть ее мир на части. Для меня прошедшая ночь была волнующим, непредсказуемым шагом в неизведанное, а для Софи, оказывается, одно мое вчерашнее присутствие стало негласным, железным обещанием безопасности. И пусть юридически я ничего ей не должен был, она поверила мне чистой, абсолютной детской верой.
И позволить ей думать, что я оказался очередным призраком, трусливо сбежавшим на рассвете, я не имел права.
— Эй, мелкая, — негромко позвал я, облокотившись о косяк.
Рыдания оборвались так резко, словно кто-то нажал на выключатель. Даже Эмма вздрогнула, резко вскинув на меня глаза.
Софи медленно, будто боясь спугнуть мираж, повернулась всем корпусом.
Ее зареванные глаза расширились до предела. Она смешно и часто заморгала, проверяя, не исчезну ли я, если она закроет веки хотя бы на мгновение. А в следующий миг плюшевый заяц полетел на пол.
— Калеб! — оглушительным, звенящим восторгом взорвалась комната.
Я едва успел присесть, раскинув руки, как этот маленький ураган с разбегу влетел в меня. Софи буквально взмыла вверх, намертво обхватив мою шею тонкими ручонками, так что мне пришлось сделать шаг назад, чтобы банально не потерять равновесие. Я крепко подхватил ее, прижал к себе, чувствуя, как она уткнулась мокрым лицом мне в шею. Ее плечи все еще судорожно вздрагивали, но это были уже совершенно другие слезы — слезы облегчения.
— Ну тихо, тихо, мелкая, — зашептал я, плавно укачивая ее и поглаживая по вздрагивающей спине. — Я здесь. Куда я от тебя денусь?
— Я думала, ты ушел навсегда. — пробормотала она в мою футболку.
— Не ушел. Видишь, живой и целехонький.
— А почему тебя не было в зале? — она чуть отстранилась, размазывая слезы по щекам рукавом пижамы.
Я перевел взгляд поверх ее плеча на Эмму.
Та все еще сидела на полу. На ее лице застыла причудливая смесь колоссального облегчения и глубокой, растерянной паники. Похоже, она сама только что осознала масштаб катастрофы: ее дочь прикипела к чужому мужчине за какие-то сутки. И теперь Эмма судорожно пыталась понять, как с этим жить дальше.
Честно говоря, я чувствовал себя точно так же.
— Потому что я проснулся раньше, — ответил я, возвращая внимание Софи и легонько щелкая ее по носу. — А ты, судя по всему, решила, что супергерои должны много спать?
Она шмыгнула носом, пристально изучая меня.