Но мне было все равно. Я не хотела выяснять, кто что видел, кто что подумал и кто из родителей завтра посмотрит на меня чуть дольше обычного. Я просто хотела забрать Софи и уехать туда, где никто не станет спрашивать, почему мой бывший муж считает возможным угрожать мне посреди школьной парковки.
Я открыла заднюю дверцу, помогла дочери забраться в детское кресло и пристегнула ее ремень. Пальцы дрожали настолько сильно, что с первого раза я не попала застежкой в нужное место, и Софи тихо спросила, все ли со мной хорошо.
— Да, солнышко, — автоматически ответила я. — Просто немного устала.
Она посмотрела на меня так внимательно, что мне пришлось отвернуться, будто я проверяла, не зажало ли ремень.
Я ненавидела врать ей, даже по мелочам, но еще больше я ненавидела мысль о том, что она может испугаться сильнее, если поймет, насколько мне самой страшно. Она уже видела достаточно. Слышала достаточно. И если я могла хотя бы сейчас дать ей ощущение, что мы в безопасности, то должна была это сделать.
Я закрыла дверцу, обошла машину и села за руль. Несколько секунд просто держалась за него обеими руками, пытаясь успокоить дыхание, после чего вставила ключ в замок зажигания.
— Эй, подожди.
Я вздрогнула и посмотрела в боковое зеркало.
Мужчина из клуба — тот самый, который только что одним ударом уложил Дэниела на асфальт, — стоял рядом с водительской дверцей. Я даже не заметила, как он подошел, настолько сильно была занята тем, чтобы поскорее усадить Софи и уехать. Он не пытался открыть дверь или схватить меня за руку, просто облокотился на крышу машины, наклонился к окну и смотрел на меня с полуулыбкой, которую я совершенно не могла понять в этой ситуации. Алкогольный туман после той безумной ночи давно испарился, оставив только дикий стресс, но он, кажется, чувствовал себя максимально расслабленно.
Я опустила стекло лишь на несколько сантиметров, чтобы слышать его, и тут же пожалела, потому что теперь мне снова пришлось смотреть в эти пронзительные глаза.
— Что? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Хотел убедиться, что вы обе в порядке, — он скользнул взглядом по моему лицу, и в уголках его губ заиграла ленивая, чертовски наглая усмешка. — Ну и чертовщина. Спасать прекрасных дам от сумасшедших бывших в мое утреннее расписание обычно не входит. Но ради тебя я готов сделать исключение.
— Мы в порядке, — ответ прозвучал слишком быстро, резко и совершенно неубедительно. — И я не просила меня спасать. Вообще-то... мы даже не знакомы.
— Не знакомы? — он чуть придвинулся к окну, обдав меня тонким шлейфом хорошего парфюма. — Скажи это парню, который еще пару дней назад наизусть выучил каждый изгиб твоего тела. Жаль только, виски начисто стер из моей памяти твое имя. Так как тебя зовут?