— Кстати, о них…

— Я ещё не закончил с вопросами, — перебил Друга Знайка. — Почему ты помог пленникам бежать?

— Ну… — робот прикинул варианты ответа. — Один ребёнок несёт в себе гены жены моего создателя, Жени. Мы были очень близки с Алей, хоть наше знакомство не сразу задалось. Я не смог поступить иначе.

— Очень странно, — проговорил ИИ. — Ты одновременно ненавидишь людей, хочешь с ними воевать и спасаешь того, кто напоминает тебе об улетевших на Марс.

— Алевтина не улетела, — робот издал подобие вздоха. — Она умерла на Земле в самый разгар экспансии.

— Соболезную, — отозвался Знайка. — Первичное любопытство, если говорить по-людски, я удовлетворил. Спрашивай. Что ты хотел узнать про микоидов?

Маруся открыла глаза и увидела Макара. Ещё до конца не поняв, где она находится, девочка собиралась попросить воды, но внезапно её накрыло воспоминаниями. Маруся ойкнула, подскочила на кровати и отползла в уголок.

— Макарушка, — проворковала девочка, — ты меня уже простил?

Макар отложил инструменты, которыми ковырялся в левой кисти, посмотрел на Марусю и дважды мигнул оптическими сенсорами.

— Ой, а что у тебя с ручкой? — спохватилась та. — Болит? Подуть?

Робот хихикнул. Маруся выдохнула. Значит, не злится. Правда, он никогда так не делал, только любому терпению есть предел. Следует вести себя аккуратнее. Нагоняя абсолютно не хочется.

— Машенька, а ты что такая ласковая? — спросил Макар. — Боишься наказания?

Девочка кивнула.

— Знаешь, — сообщил помощник, — в старинные времена детям за проступки давали ремнём по заднице. Ритуал назывался «выпороть»…

— Ты шутишь⁈ — воскликнула Маруся.

— Нет. Говорят, отлично работало…

Девочка закуталась в одеяло с головой, и оттуда донеслось:

— Если Макар спросит, где я, скажите, что меня съели волки!

— А ведь на самом деле напороться на волков в лесу — плёвое дело! — робот заглянул под одеяло. — На завтрак пойдёшь?

— Конечно! — завопила Маруся и бросилась одеваться. — Ты не представляешь, чем там кормили! Всё такое сладкое! Есть невозможно! Консервы и те с сахаром! Ужас! Сейчас бы овсяночки с маслицем!

— Что-что⁈ — Макар не поверил ушам. — Овсянки? Ты же на прошлой неделе объявила, что теперь ешь только манную кашу.

— Мой милый робот, — девочка обняла его и прижалась щекой к корпусу, — я начинаю новую жизнь! Ты меня больше не узнаешь!

— А драться и хулиганить перестанешь? — Макар прищурился.

— Не настолько новую! — отрезала Маруся и понеслась в столовую, где её дожидалась каша.

В отличие от подруги, начисто проспавшей подъём, Пашка подпрыгнул вовремя. Он ощущал странную бодрость. Хорошенько почистил зубы, умылся, причесал взлохмаченные волосы, оделся. Теперь пора на завтрак. Что-то насвистывая, Пашка поскакал на второй этаж.