— Взломать Когривед удастся? — уточнил робот-помощник. — Отключим ИИ — вероятно, и с биороботами совладаем без стрельбы.
— Нет, — вздохнул профессор. — В НИИ система безопасности собственной разработки. Её спецслужбы не сумели взломать. Где взять суперхакера⁈
— Есть у меня одна мыслишка, — с загадочным видом произнёс Этот.
— Ты хочешь?.. — Мама прикрыла рот ладонью. — Нет!
— Да, — робот кивнул. — У нас нет выбора…
Загрузка всегда проходила в несколько этапов. Сначала подавалось питание, и ток растекался по телу, словно кровь — по венам, артериям и сосудам. Убедившись, что по части электрики всё в порядке, система подгружала прошивку, отвечавшую за управление телом. Подобно нервной системе человека, она обеспечивала нормальное взаимодействие тела и мозга. И лишь в финале, после тестирования всех механических узлов, начиналась «заливка» сознания.
Погружение в реальность происходило постепенно. Он пошевелил пальцами, сжал кулаки, покрутил головой. Спустя некоторое время восстановился слух. Больше не стояло тишины. Уши улавливали тихий шелест вентиляторов, потрескивание ламп, приглушённые голоса и какие-то непонятные механические звуки. Он не понимал, как сумел определить, что именно слышит, ведь его окружала темнота.
Словно угадав мысли, она рассеялась, перед глазами возникла картинка. Производственное помещение. Слева и справа — шкафы и полки, заставленные коробками и ящиками без маркировок. У дальней стены, справа от двери — стол с терминалом и инструментами: дрелью, шуруповёртом, болгаркой, набором гаечных ключей.
Он попытался пошевелиться. Не удалось. Точнее, получилось лишь отчасти. Руки как будто что-то удерживало. Бросив взгляд в сторону, он обнаружил, что не ошибся. Кисти фиксировали металлические скобы, крепко прикрученные к стене. Оторвать их от неё не получалось. Он посмотрел вниз. Тело тоже держала похожая скоба, только больше и шире. Значит, он в плену. У кого? Зачем?
Дверь с шуршанием ушла в стену. За ней стоял робот-помощник модели Н101. Образ сработал триггером, вскрыв заблокированные глубины памяти. При виде его воспоминания обрушились на узника, и тот, наконец-то, понял, кто он и зачем нужны оковы…
— Какая же ты гадина… — плюнул словами Друг. — Ой, прости, давай по-другому. Здравствуй, Этот! Я так не рад тебя видеть!
I
Рязань, 2349 год.
Занимаясь сразу двумя проектами, Толик и уставал в двойном объёме: и на работе, и на съёмочной площадке. Константин Эдуардович пытался выгнать Толика в отгулы, коих у того накопилось прилично, но молодой человек отверг его предложение.