— И в котором часу ты залез в ВИК? — требовательно поинтересовалась девушка, оценив его состояние. — Только, чур, не врать!
— Если честно, то в шестнадцать сорок пять.
— В смысле, вчера⁈ — кинув взгляд на комм, она вытаращила глаза. — Ты что, сдурел⁈
— Штука одна никак не вытанцовывалась… — виновато опустив взгляд, буркнул он. — Пришлось экспериментировать…
— … до потери пульса⁈
— Не бурчи, тебе не идет! — примирительно улыбнулся Томас. — Вот исполнится лет девяно— …
— Насколько я понимаю, у тебя сейчас всего два желания: поесть и поспать, так? — не дослушав шутку до конца, затараторила девушка и вскочила на ноги. — Говори, чего тебе притащить — я сейчас быстренько метнусь к терминалу ЦСД и буду тебя кормить, пока не решу, что ты наелся!
— Ну вот, готова нестись хоть к черту на рога, лишь бы не делиться шоколадкой… — сокрушенно вздохнул Томас. А когда Лэрри набрала в грудь воздуха, чтобы разразиться возмущенной тирадой, приподнял пакет, продемонстрировал ей логотип сети ресторанов «Donnelly» и продолжил. Но уже без тени улыбки: — Я уже все купил. А за предложение большое спасибо. Я тронут…
Лэрри почувствовала, что снова заливается краской: в самой обычной фразе прозвучало столько искренней благодарности, сколько она не чувствовала даже от тети Стефани!
— Помнится, ты говорила, что любишь китайскую кухню? — «не заметив» ее смущения, спросил системщик, деловито раскладывая рядом с собой одноразовые контейнеры с пищей. — Я взял тебе свинину с грибами моэр, свиные ушки и маринованные огурцы. Шоколадки не стал, так как не сомневался, что ты справишься с их покупкой сама…
…Импровизированный обед удался на славу. Великолепно приготовленные блюда доставили Лэрри непередаваемое гастрономическое удовольствие, легкий треп об известнейших эсперах планеты — удовольствие интеллектуальное, а ощущение единства интересов — эмоциональное. Не мучила даже совесть — сразу после завершения трапезы девушка честно пыталась отправить Томаса отсыпаться. Причем два раза. Однако он отказался, объяснив свое нежелание уходить пусть и несколько неожиданно, зато предельно честно:
— Знаешь, общаясь с тобой, я словно отключаюсь от реальности. Это настолько непривычно и настолько приятно, что жертвовать таким времяпрепровождением ради какого-то там сна кажется мне непозволительной роскошью!
Что интересно, ни в интонации, ни во взгляде парня опять не нашлось даже намека на некий скрытый смысл. Поэтому легкое ощущение неловкости, которое испытала Лэрри от этого признания, довольно быстро прошло. Вероятнее всего, потому, что она и сама чувствовала нечто подобное. И страшно не хотела, чтобы он уходил.