Ответа у Риана не было.
Я опустила рукав.
— Значит, пока считаем, что с моей меткой что-то не так.
— С учётом того, что все так боятся её повредить, наши враги явно знают о ней больше нас.
Я удивлённо приподняла бровь. Ещё вчера у меня не было врагов. Только стервятники, жаждущие моего состояния. Точнее того, что от него осталось.
— Наши враги?
— На тебе метка истинности. По старым преданиям, смерть истинной ослабляет дракона. Насколько это правда, я не знаю. Но люди, которые пытались забрать тебя живой, пока не хотят этого проверять. Вероятно, рассчитывают использовать в качестве приманки или для шантажа. Хотя за годы моего отсутствия многое могло измениться.
Ещё одна новость, которая не сулила мне ничего хорошего. Впрочем, разбираться с ней прямо сейчас всё равно было бесполезно. Проблемы придётся решать по мере поступления, а пока разумнее держаться поближе к законному наследнику. По крайней мере, дважды он уже доказал, что способен не дать меня убить.
— Вот об этом я давно хотела спросить. Что именно ты знаешь о последних семи годах?
Взгляд Риана задержался на книге, будто Мирель Астер каким-то образом продолжала разговор даже после того, как мы перестали произносить её имя.
— Ничтожно мало. Когда твой отец нашёл меня и привёз в ваш дом, я был не в лучшем состоянии. А до этого успел побывать в слишком многих местах.
После нападения он очнулся уже за пределами Империи. Где именно, тогда определить не смог: каменная комната без окон, незнакомые люди, ошейник, подавляющий драконью силу. Его не допрашивали о дворце, не требовали выкупа и не пытались использовать для переговоров. Для похищенного наследника это было странно.
Через несколько месяцев Риану удалось сбежать, но домой он не вернулся.
— Я собирался. Но сначала хотел понять, к кому возвращаюсь.
В этом была своя логика. Нападение на наследника императорского дома невозможно было организовать случайно. Кто-то знал маршрут, состав охраны и время поездки. Кто-то сумел вывезти Риана через границу так, что поиски его не нашли. После побега он не представлял, кто из людей при дворе мог быть к этому причастен, а потому любое письмо домой рисковало привести к нему тех, от кого он только что ушёл.
Несколько месяцев Риан жил под чужим именем и пытался найти людей, державших его после нападения. Один след привёл к другому, затем оборвался. Постепенно он понял, что его похищение не было делом одной группы. Людей меняли, деньги проходили через посредников, а некоторые из тех, кого он искал, сами не знали, на кого работают.
Потом его снова поймали.