Я наблюдала за тем, как сидит Мирель: прямая спина, высоко поднятая голова, благородство в каждом движении. Истинная императрица.
Нужно было придумать способ вывести её отсюда. И пока я размышляла, как уговорить её покинуть монастырь, Мирель продолжала:
— Спустя какое-то время мне удалось найти человека, который смог мне помочь.
Она встала и протянула ко мне руку. Я удивлённо подняла на неё глаза, пытаясь понять, чего она хочет.
— Ваш отец помог мне.
— Папа?
Мирель утвердительно кивнула.
— Он оказался одним из немногих людей, которым удалось приблизиться к месту заточения Риана, и единственным, кто действительно смог его освободить.
Она осторожно взяла меня за руки и снова посмотрела на метку истинности.
С момента нашей поездки в монастырь прошло три дня.
В тот день я вернулась к воротам одна. Мирель так и не согласилась выйти и встретиться с Рианом. Он ждал меня возле калитки и, едва увидев, сразу направился навстречу.
— Она выйдет?
Я лишь отрицательно покачала головой.
Риан ничего не сказал. Развернулся, подошёл к своему коню и вскочил в седло. Обратно в замок он отправился верхом, а мне пришлось ехать в карете.
Когда мы наконец остались наедине, я вкратце пересказала ему всё, что узнала от Мирель: о заговоре императорского совета, попытке вывезти его из страны, людях, которые вместо спасения отправили его в плен, и средствах, которые она потратила на поиски.
Риан выслушал меня с таким холодным выражением лица, что я не смогла понять, о чём он думает. Не перебил ни разу и не задал ни одного вопроса. Когда я закончила, он просто поднялся и вышел.
С тех пор я его практически не видела.
Знала, что ночует он в своих покоях. Каждое утро, просыпаясь, я обнаруживала смятую постель, хотя совершенно не помнила, когда он приходил. Днём же Риан куда-то исчезал. Все мои попытки выяснить, чем он занимается, заканчивались одинаково: никто ничего толком не знал или не собирался мне рассказывать.
К третьему дню я начала всерьёз раздражаться. Неужели так сложно хотя бы объяснить, что происходит?
Сегодня я задержалась в ванной дольше обычного и вышла к завтраку всё ещё с мокрыми волосами. Из одежды на мне был только халат, который я накинула после купания. Меньше всего я ожидала встретить кого-либо за столом.
Однако Риан сидел совершенно спокойно и намазывал масло на ломтик хлеба.
Я замерла на пороге, поспешно запахнула халат и проверила, не выглядывает ли из-под него чего лишнего. Убедившись, что всё прилично, направилась к столу.
— Доброе утро, — произнёс Риан, не отрываясь от своего занятия и даже не поднимая на меня глаз.