Однако теперь меня интересовали не только деньги.
— А что произойдёт, если храм подтвердит подлинность метки?
— Мы вернёмся к обсуждению вашего положения.
Я уточнила, останутся ли за мной переданные средства и имущество, если соглашение перестанет действовать. Дарен заверил, что останутся. Но стоило мне спросить, смогу ли я в таком случае вернуться в столицу, как выражение его лица изменилось.
— Госпожа Марен, пока вопрос о престолонаследии остаётся открытым, ваше присутствие в столице неизбежно будет привлекать внимание. Я предлагаю избавить вас от этого.
Избавить меня от внимания, разумеется. А заодно избавить Совет от необходимости учитывать существование второй истинной старшего наследника.
— До коронации или дольше? А если вопрос затянется на год? Или на пять лет?
— Мы можем установить срок и предусмотреть его продление по взаимному согласию.
— Значит, по истечении срока я смогу вернуться, даже если храм так ничего и не выяснит?
Дарен посмотрел в окно, где Риан как раз выбил меч из руки противника. Тот потерял равновесие и упал, а Риан протянул ему руку, помогая подняться.
— Ваше возвращение снова привлечёт внимание к метке, — произнёс Дарен. — Поэтому я предпочёл бы, чтобы решение было окончательным.
Вот теперь всё окончательно прояснилось. Мне предлагали покинуть столицу на неопределённый срок, а в идеале — никогда не возвращаться.
— Тогда и условия должны быть другими.
— Какими?
— Единовременная выплата вместо ежегодного содержания. Десять тысяч золотых сверх погашения долгов, дом без обременений и поместье в полную собственность. Никаких обязательств перед вашим домом после передачи имущества, кроме прямо оговорённых условий моего отъезда.
До своих покоев я добралась в довольно противоречивом настроении. С одной стороны, я поступила правильно. С другой — только что я отказалась от прекрасной сделки. Причём добровольно, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, что особенно огорчало.
Папочка, узнай он о случившемся, наверняка потребовал бы объяснений. А выслушав их, немедленно отправился бы договариваться с Дареном. Желательно о сумме побольше.
Я остановилась перед дверью и невольно оглянулась в сторону лестницы. Интересно, сколько времени понадобится младшему Вейрану, чтобы сообщить брату о нашем разговоре? И сообщит ли вообще?
Впрочем, меня сейчас занимало другое. Если Дарен готов был заплатить столько, чтобы я исчезла из столицы, то чего следовало ожидать от людей, которые не располагали подобными средствами или просто не любили договариваться?
С этой жизнеутверждающей мыслью я открыла дверь.