Германская армия попыталась было воспользоваться «беспорядками в столице России» и перешла в наступление на Украине. То есть попыталась перейти, однако когда в стране военная диктатура, то дисциплина в армии находится на исключительно высоком уровне (всех «агитаторов» в соответствии с приказом нового Верховного Алексеева просто расстреливали на месте), и попытка наступления захлебнулась. А вот начавшееся спустя две недели наступление уже русской армии на Юге быстро дало весьма позитивные результаты. Все же его почти полгода готовили лучшие русские генералы, а промышленность позволила к этому наступлению запасти огромные количества боеприпасов…
Генерал Симеон Ванков, наладивший массовое производство трехдюймовых снарядов силами частников, получил «Владимира», причем сразу первой степени, а генерал Маниковский — начальник ГАУ — сразу «Андрея Первозванного». Потому что германцы с австрийцами в попытках остановить наступление русской армии на юге перебросили туда огромные резервы с севера — и через три месяца уже фронт под руководством генерала Иванова не только вышел обратно на довоенную границу России, но и занял всю Пруссию, то есть и Восточную, и Западную.
Но, понятное дело, победы всегда куются в тылу — и тыл в условиях военной диктатуры почему-то начал демонстрировать выдающиеся трудовые достижения. То есть понятно почему: на всех «казенных» предприятиях (а таковыми стали две трети и бывших частных, по которым комиссия Лукомского выявила «сверхприбыли из-за завышения цен в военных поставках) рабочим сразу зарплату повысили на двадцать процентов, да к тому же за сверхурочную работу платить стали в полуторном размере — а кто откажется-то от дополнительных денег? А за качеством очень внимательно следили поставленные на каждый такой завод 'военно-приемочные комиссии», тоже наделенные «особыми полномочиями». И эти комиссии, кроме повышения качества продукции, еще обеспечили и очень серьезную поддержку «диктаторского правительства» среди офицеров, ведь в них направляли как раз офицеров, по ранению не способных далее служить на фронте — а это им гарантировало повышенный достаток и после исключения из действующей армии. Да и прикрепленные к каждой такой комиссии «охранные отряды» из вылеченных в госпиталях солдат показывали солдатам на фронте, что «Родина и о них не забывает»…
Скорость выпуска новых приказов иногда вызывала оторопь среди министров и других государственных служащих высокого ранга, причем даже не тем, что каждый день до десятка указов и постановлений выходило за подписью «временного диктатора», а то, что все они были весьма продуманными — хотя иногда это становилось понятно не сразу. Например, указ об учреждении отдельного Министерства нефтяной промышленности под управлением генерала Ипатьева, или указ о преобразовании министерства императорского двора и уделов в министерство государственных угодий. Но на самом деле Андрей Владимирович эти указы не из головы выдумывал, все они были плодом «коллективного творчества» на протяжении почти четырех лет, потраченных «попаданцами» на подготовку к «изменению истории», и их — опять-таки не лично диктатор, а сплоченный коллектив единомышленников — просто «подгонял под существующие реалии и персоны».