Интрига в отношении меня замечательным мной, при незначительной поддержке Потапа…
«Зазнайский шебуршень»,
…похерена, великодушно проигнорировал я внутренние инсинуации. Но ситуация — херовая. Этот казёл не «махнул лапой», а имеет меня в виду, что ОЧЕНЬ и ОЧЕНЬ хреново. Воевать со злонамеренным корифеем… Хм, а возможности у него какие, кстати? Нет, понятно, что довольно ощутимые, но при этом: претензии у его козлиного величества ЛИЧНЫЕ. И если в плане составления интриги он МОГ меня попытаться подставить, имея некие рычаги влияния на этих мальчишей-кибальчишей (информационного толка, как понятно), то натравить на меня… А никого он не может, дошло до меня. Он ни хера не единовластный правитель, он — выразитель воли Лидари, которые однозначно определили: «полезным видомом пользуемся, с ним не ссоримся». То есть, даже в рамках корифейского прайда гадить мне точно будут далеко не все. А на попытку такое приказать, с высокой степенью вероятности, просто настучат прочим Лидари, и козлу настучат по рогам. В принципе — вплоть до смещения его (или вообще его прайда) с корифейского места. Не только из-за меня, как понятно: ситуация со мной — это изящная соломинка, добавленная к эпически просратым полимерам на Пряном. И косяк этот нашего полорогого величества, направившего рулить заморской территорией своё тупорылое и некомпетентное отродье, тут все это понимают. При этом, даже просто приказать дружине, имеющей с ним личный ряд: вязать неугодного мне умного и красивого видома! — корифей не может. Этот приказ просто не выполнят, по крайней мере, большинство дружинников. Как и некоторое (неустановленное, но точно наличествующее) количество Лидари его прайда. То есть, чтобы реализовать в мой адрес свои козлиные планы (если они, конечно, остались после энергично обмоченных штанов перед Потапом, тут тоже неясно), ему надо меня именно подставить, выставить врагом не только и не столько в общественном сознании, сколько с точки зрения своего рода и своего окружения.
«Самое весёлое будет, что вот если ты башку шебуршную ломаешь, придумал такое, что не каждая змея так извернётся», — пришла довольно весёлая эмоция от Потапа. — «А на деле — всё просто потому, что всё так как сложилось, а котёнок этот — ни при чём!» — весело захрюкал топтыгин.
— Ну вообще — некоторая ирония в таком раскладе наблюдается, — признал я. — Вот только Потап, если это так — я с удовольствием сам с тобой посмеюсь над своим «бестолковым шебуршанием». И как, не шебуршать? — ехидно уточнил я у закашливавшегося товарища мохнатой задницы.