«И цвет некрасивый!» — дополнил он.
— Ну, на вкус и цвет… Хотя да, на крота похож.
«Во-во!»
Но самовозвеличивание Потапа — самовозвеличиванием. А дело — делом. Так что вздохнул я, посетовал на беспросветные трудовые будни, да и ввалился в Услугу с желанием разобраться: просто околачивать посетителей, или сложно?
Посетители были представлены в виде двух типов. Полу мужского, мордами грубоваты и заросши. Точнее, заросши шкиперской бородой лопатой: усищ, видимо, за счёт териантропии, у посетителей не было. Впрочем, у меня, например, бородень с усами вообще росла «сознательным усилием»: подгон от Потапа, вот уже и не пойму, то ли Потапычам вообще, то ли мне персонально. После занятия мной тела Михолапа топтыгин довольно ударными темпами взялся за «модернизацию и оптимизацию», а с шерстью вообще работал капитально, несколько раз.
Но помимо округлых бородищ, посетители щеголяли многогичисленными косичками, торчащими из буйных шевелюр. Не дредами, именно косами, спускающимися и на лоб, и пейсами, и по бокам головы. Вдобавок, одеты эти товарищи были довольно смешно: не бедно, но настолько эклектично-бестолково, что вызывали улыбку. Тонкие белоснежные кружева сорочки одного (постарше), на лапах оканчивали дубовейшего вида некрашеными кожеными крагами. Причём сами краги — инкрустированы золотой нитью, растительным узором, но при этом — на них крепилось пара коротких металлических шипов, очевидно, в дополнение к родным когтям.
В общем, вид — «бально-рабоче-боевой», иначе не скажешь. И беролаки, то есть один из трёх известных мне родов Золотой Волости.
— Приветствую, уважаемые, — злобно оскалился я.
Злобно, потому что с учётом заказа в Клоаке, разборок с происходящим и прочих моментов, я мало того, что четверо суток толком не спал. Это-то ладно, компенсируется магией, и Потап, почти не совсем засранец, энергии подкинул. Но я, блин, пашу, как папа Карла! Без продыху! И эти деятели сейчас, небось, тоже будут мне деньги пихать, чтоб я пахал! В общем — сама ситуация возмущает, ну и эти «родственнички» (во многих смыслах — от моего с ними терианторпьего родства, до того, что владетели, лет пятидесяти и примерно двадцати пяти на вид, явно были близкими родичами, на мордах написано) возмущают как часть ситуации, принуждающего меня пахать, как трудоголик.
— Я — Потапыч. Видом Михайло Потапыч. Владелец Медвежьей Услуги. Вам её оказать?
— Да! — брякнул молодой, после чего сморщился — тип постарше, не меняясь в лице, засандалил по ласте трепача каблуком ботфорта, отвороты которого были на середине бёдер.