«Динька?»
— Она самая, — продумал я, обратившись к Алавру. — Где покои главы рода в родовом особняке?
— А зачем вам?
— Надо, — всеобъемлюще ответил я.
Узнал и свалил. И к Шкуфье ехал с ощутимыми сомнениями. Дело в том, что доказательства нужны. Но… чёрта с два я уверен, что они будут. Хотя… думать надо. И да, Динька, тут пригодится, пока чисто умозрительно. Завалился к Курбичам: смотрели териантропами, но впустили. Побродил, позадавал вопросы, послушал мата различных конфигураций. И свалил, не солоно хлебавши. Не налили, паразиты и жлобы, самому моему почтенству!
И никаких признательных записок, окровавленных фигней и прочих «однозначных улик» Динька тоже не нашла, пока я Курбичам на нервы действовал.
«И что?» — ехидствовал Потап.
— Алхимия и Динька, — сообщил я.
«Р-р-р-ры», — задумчиво прорычал Потап.
— Не вижу других вариантов. Не то, что проще, а вообще не вижу, — признался я.
«А шебуршал зачем⁈» — нашёл до чего докопаться мохнатый.
— А чтоб узнать, кого этой алхимией травить, — ловко отпарировал я.
В общем-то, так и выходило. Ну а если «не проканает» — то поединок. Но уже на суде, иначе без вариантов, заключил я. В Карасе места не оказалось, думал уже в Золотой выдвинуться, до суда. Но Торксборс пригласил, милый старикан. Даже предложил одну из любовниц «по братски», от чего я отказался — сам развёл нездоровый гарем, вот пусть сам группенсексом отдувается. Мне всё равно не мешает — «золотой росомах» арендовал под свои нужды четыре номера, один из которых я и занял.
Время до суда я частично провёл в попойках и беседах — народ оказался занятный, хотя и далеко не все. Просто тот же Ромео Курбич, который Адавр, меня ощутимо впечатлил. Именно «другой моралью», системой оценок и отношений, продемонстрированной натурно перед моими глазами. Соответственно, раз уж я копошусь в обществе Зиманды, а не бирюкую сиволапо в Жопе Мира — надо с этими кадрами контачить. Понимать их не только «в общем», но и в частности, стиль мышления, те самые ценности. В общем, время, проведённое за кружкой водки — оказалось совсем не лишним. И заметно отличным от дружинных посиделок: всё же там своя, очень ярко выраженная специфика «действующих боевиков по найму» очень сильно размывала всякие тонкости. Которые в дружине — не важны, а вот не в дружине — немалая часть жизни.
Остаток времени я запирался в комнате, отговариваясь «делами видомскими, никому, блин, неизвестными» и валандался с алхимией. Не варкой зелий и прочей фигнёй, а скорее зельеприменением. Сыворотка болтливости у меня была, алхимическая, но были и сомнения. Не насчёт заметности Диньки: хрен заметят, проверено, а если фигурант что-то почует и отреагирует, как териантроп — так для моих планов только лучше.