В общем — согласилась, причём с благодарностью и поклонами в пояс. Как я понял, её род (в рамках «клана» Дабар — этот распределённый по Золотой род, в большинстве своём никогда не видящийся друг с другом за всю жизнь, корректнее называть «кланом», несмотря на единого тотемного духа) от «хворой страшилы» не то, чтобы с облегчением избавился, но и не особо желал её видеть. Деньгами не осыпали, хотя на жильё и потребности хватало. Но для владетельницы в Золотом — ОЧЕНЬ скромная жизнь, даже слуга всего один, ну в общем — моё предложение ей было интересно со всех сторон. Выделил денежку, сообщил область интересов в плане слухов (на будущую неделю), отдельно указав что «без фанатизма». А то затрахает к чертям популяцию Золотого, в приступе энтузиазма.
Ну и свалил, титаническим усилием удержав себя от слов «Бобр, курррва!» в качестве прощания.
А дело, как я думал по пути к Шкуфье, выходит действительно «интересным». Вполне детективным, правда, есть нюансы: криминалистика в Зиманде в зачаточном состоянии, именно как наука. И то, что мне очевидна невиновность… Не доказательство. Точнее, суд, особенно проводимый Курбичами, несмотря ни на какого Лидари-арбитра, может не принять мои выводы, даже если я притащу десять свидетелей-видоков. То есть, они подтверждают основу для выводов (что не факт, но скорее всего, подтвердят) и… Курбич-судья говорит, что «всё так, но самого жуткого преступления твои видаки не видели, кроме кровожадного маньячилы Жатеца, убивать некому, так что виновен!» И вероятность того, что Лидари в таком раскладе встанет «на мою» сторону — пятьдесят на пятьдесят. Или встанет или нет, потому что все мои выводы — «умствования», принимаемые к сведенью «на усмотрение судьи».
Чтобы выиграть суд с гарантией — нужны не «доказательства». В идеале — нужен виновный, но с этим посмотрим, как пойдёт. Пока я точно установил, что поиск этого «виновного» — не пустая трата времени. А что он вообще есть — гарантированно. Владетельницы, неважно в какой степени опьянения, глотки себе не разрывают, юридический факт. Стреляются, вешаются, топятся, травятся — бывает. Но точно не разрывают себе глотки так, что: «голова на одном хребте и держалась, а уж кровищи — страсть!»
По дороге в голове закономерно крутилась мысль, что я — адвокат, а не следователь или, прости логика, оперативник. И что, по уму, надо бы мне сидеть в Медвежьей Услуге, принимать клиентов, с видом мудрым и сочувствующим. Брать у них дела и деньги или околачивать бивнем (и то, и то — непременно с мудрым и сочувствующим видом), а со всякой суетой гонять некоего условного «Арчи Гудвина» или какой-нибудь приравненный к нему аксессуар. Однако так не получится: мешают два фактора.