А главное: нападали владетели, те самые, которые психосоциально не рассматриваются как отдельные единицы (ну разве что в рамках дел интимных, да и то не всегда), а рассматриваются как составная часть рода владетелей. И, при этом: никаких развесёлых виселиц по всему Золотому, ни сожжённых особняков. Одарённые городской управы с покряхтыванием и попёрдыванием латают улицу перед Услугой — и всё, никаких других заметных последствий.

— Это насколько же он их всех прогнул, — задумчиво протянул я Лисе, имея в виду дальнейшие вассальные отношения с родами, из которых были нападающие.

— Не знаю, Мих. Но мне надо в редакцию, — твёрдо заявила Лиса. — Боёв, которых ты опасался, нет…

— А должны быть! — возмутился я.

— Должны, — согласно кивнула рыжая. — А их нет. И мне ОЧЕНЬ интересно, почему.

— Да мне тоже. Вдвоём поедем. Я тебя у редакции подожду, — решил я.

Добрались, через час озадаченная Лиса вышла из редакции, рассказав такое, что моя паранойя расцвела буйным цветом. Итак, нападающие, вроде как, действовали «супротив воли родов, по молодости и глупости». Точнее в это «вроде как» я даже верю, вот только виру с родов за нападение Корифей взял в виде… направляемых на Пряный владетелей. Не всего рода и не навечно, но «службой доблестной за нападение подлое отплатить». И… это не просто ОЧЕНЬ подозрительно. Так не бывает: корифейству вваливают неиллюзорных люлей на Пряном. Из-за эпичного по долболюбизму руководства просравшего все полимеры губернатора, но это момент второй. То есть на Пряном не хватает всего, но в первую очередь сильных владетелей, чтобы надавать по щам разрозненной вольнице местных. И именно в тот момент, когда эта потребность чуть ли не жизненна, некая «молодёжная организация», включающая в себя представителей родов, вполне лояльных корифею, на него радостно покушается. Оппозиции среди покусителей… нет. Только лояльные и нейтральные рода. С ма-а-аленьким нюансом: лояльные-то лояльные, а вот на Пряный, как разумные владетели, переться не желающие.

И вот, происходит массовое нападение. Чертовски серьёзное, с подготовкой, практически наверняка — успешное, если бы не Тихий. И про Тихого, готов рога корифея дать на отсечение, нападающие не знали. В общем, ситуация такова, что кроме как «провокацией с достижением поставленных целей» я её не назову, вот вообще никак. Не знаю, понимали ли рода владетелей-данников, что их поимели: свидетелей не осталось вообще, кроме дружины и нас. Всех, до последнего, нападающих перебили, что было в статье Вестника, а врать газеты Зиманды не приучены. А без этого понять, что всё это нападение — ловко расставленная ловушка и решение козлинских проблем — нереально. Да и сам я, если начистоту, был в этом уверен всего на девяносто девять с половиной процентов: полпроцента выходили на практически невероятную, но возможную случайность, ну и на возможное «божественное вмешательство».