— Ты чего это? — заинтересовался я.

«Да знаю я эту крысу», — ржал Потап. — «В своё время ржал сезон, как про него узнал, гыгы! Но выжил и вырос, однако»

— А чего там такого смешного?

«Смотри».

Пакетная передача данных показала: да, смешно. Но не сказать, чтобы сезон ржать. Впрочем, я утончённым юмором Потапа, к счастью, обделён.

А дело было вот в чём: согласно пакетной информации, Потапычи кочевали по Зиманде несколько тысяч лет назад. То ли по делу, то ли Потапу было скучно. И на южной стороне материка (ну опять же, вопрос с югом-севером открытый, но восток-запад — восходная и закатная сторона, так что юг исходя из этого). И там Потап узнал и вроде познакомился с молодым тотемным духом. От вида этого духа я немного удивился, потому что это была… крыса. С лютой чешуёй, огромным хвостом, гибкая и приземистая. Возникало ощущение, что Чебурашка достал крокодила Геннадия, который первого и сожрал, морфировав. Потому что непонятно, какая часть, крысы или крокодила доминировала.

История «становления» этой неведомой зверушки была действительно забавна. Итак, какой-то тип болотно-тропической крысы, здоровенной, как сволочь даже в виде обычного животного (полметра, исходя из мыслеобраза Потапа!), помирает и становится, соответственно, зверодухом в нави. И ведёт там продуктивную деятельность по набору духовной массы, пока её не сжирает дух-крокодил. Но данный крыс был злостен и сжираться не пожелал, а…. сожрал крокодила изнутри! Став наблюдаемым мной гибридом: перестроить столь обильное количество душатины крыс не мог физически, но удивительно удачно интегрировал в своё духовное тело «недопереваренное». Более того, за счёт этого акта пожирания пожирателя энергобаланс гибрида пошёл в разнос — но крысюк стал тотемным животным, стабилизировавшись.

А сейчас, похоже, занимается тем, что дёргает элементалей и одаряет людей этим надёрганным.

«Этот — может», — экспертно подтвердил Потап. — «Изворотливый, пронырливый, жить хочет так, что страшно: на меня кидался, когда я его загнал, чтоб разглядеть это чудо-юдо»

— Ну про крысу, загнанную в угол и у нас поговорка есть, — философски рассудил я. — А крыса, загнанная в крокодила — вообще страшная вещь.

Потап в ответ хрюкнул, послав эмоцию согласия, а я вернулся вниманием к посетителю. Который рассказывал, как за одарение «против нашего согласия, почтенный!» его и семью имели во все дыхательные, пихательные, даже делали новые и в них имели. В прямом и переносном смысле.

В общем, если не врал — Арратори делали из одарённых рабов в жёстком, типа Пряного, варианте. Как понятно, не считаясь с мнением одаряемых, желают ли они мириться с одарением, ну и последующей судьбой. Ну и сбежал с семьёй, покуролесил по Зиманде, пока не вынесло его в Золотой, где он обосновался и занялся мастерством.