Я покачал головой:

— Нет уж, учи словами. Я тебе верю, но…

— … Но не верю, — закончил с улыбкой Тоо. И тут же сдался: — Давай. Я рассказываю — ты спрашиваешь, где непонятно.

— Да, — кивнул я с облегчением.

— Первый запрет оставим на финал, а вот второй связан с живой и мёртвой клеткой. Нельзя смешивать в одном живое и мёртвое. Ну… или живое и искусственное.

— Например? — не понял я.

— Нельзя трансплантировать живые клетки в искусственную среду. И наоборот. До тех пор, пока мы не создадим путём конструирования из мёртвых химических веществ живую клетку, этот запрет будет соблюдаться.

— Почему? Это было бы забавно? Искусственный электронный глаз, например? Я бы в полевых условиях не отказался.

— Электронный глаз должен будет питаться внутри тебя от какого-то элемента. Работа блока питания создаст электромагнитное поле. Ты должен знать, чем опасна электромагнитная защита, которую используют военные. Она нарушает работу собственных клеток организма. Все вы — в группе генетического риска по причине постоянного контакта с разночастотными полями. Пока не разберёмся, что несёт сочетание живого и мёртвого — это не должно использоваться.

— А удобно было бы, — вздохнул я с сожалением. — Дальше?

— Химия, вводимая в тело или соприкасающаяся с ним — должна соответствовать ему по биологической сложности.

— Объясняй?

— Химически очищенные пища, одежда, помещения для жилья — запрещены.

— В смысле?

— Обеднённый химический состав нарушает химию человеческого тела. Рафинированные продукты питания, например, содержали когда-то всего одно химически очищенное вещество. Сахар — сахарозу, мука — крахмал.

— Чушь какая, — сказал я искренне. Зачем вообще было так очищать вещества?

— Было время, когда этот принцип стал основным в питании людей. Все продукты были сведены к моновеществам — хлеб, масло, сахар. Я понимаю, что это даже звучит странно, но так было. Пищевое однообразие разрушило иммунитет и обменные процессы в организмах людей. Это и послужило одной из главных причин генетических нарушений на Земле. Так называемый участок «b» гена 47. Люди, по сути, изобрели новые болезни. Мы не знаем сейчас сахарного диабета не только благодаря хорошей работе генетиков. Химически однородный кристаллический сахар делают исключительно алайцы, распространяя его у нас, как наркотик.

— Забавно… — я рассмеялся натянуто. — Это два уже? А ещё?

— Может, хватит пока? Давай поговорим вечером? Сейчас ты не хочешь учиться. Ты постоянно думаешь о другом. Не осознаёшь, но думаешь.

— Ну, да, — Я кивнул. В голову действительно всё время лезло: как там Влана, Дьюп, мой корабль? — Но… мне надо это выучить, Тоо, меня же тётенька запрезирает.