— В камушки по росе? А с Пфайфером мне тоже играть в камушки?

— Не вздумай, дурак! Просто поторгуйся с ним. Представь, что ты случайно заметил четыре наших корабля у Плайты, и один из них — мой флагман. Остальные корабли оказались алайскими. Ты предположил что-то опасное для вас. И расстрелял два корабля. И захватил третий. А «Леденящий» скрылся — это очень маневренный и быстроходный корабль. А на захваченном алайском судне вы неожиданно обнаружили меня. Ну, а что просить — тебе твои старшие друзья подскажут. Но на звёзды с неба не надейся — Пфайфер жадная тварь.

Мы вошли в приёмную камеру «Ворона».

У шлюза меня ждала целая толпа.

— Привет, — сказал я весело. — Чего такие нерадостные? — Я обернулся к Локьё. — Эрцог, я вынужден покинуть тебя. Мне нужно спланировать действия на Плайте. Может, ты отдохнёшь? Начнёт стучаться Пфайфер — я разбужу?

Эрцог кивнул, и я проводил его в гостевую каюту, велев разместить рядом его людей. Он взял с собой дюжину, как он выразился, дармоедов.

Поставить двоих у его дверей я всё-таки приказал, размышляя, чего боюсь больше — эрцога или за эрцога.

Хорошо, что я знал хотя бы ребят с «Абигайль». Мы с Келли быстро отобрали 16 пилотов — по паре на каждую условную цель. «Станцевались» с «Когтем», «Корой» и «Абигайль». «Ворон» я решил не использовать непосредственно для стрельбы, щадя не свои нервы, но нервы Локьё.

Вдруг в моей голове родилась совершенно посторонняя мысль, и я нажал видеосвязь с гостевой. Эрцог не спал. Он полулежал в кресле и потягивал что-то из бокала, глядя на обзорный экран.

— Скажи, — спросил я. — Твоя «паутина» — это та странная связь между людьми, которые встречались мне. Сначала я служил с Колином, а потом узнал, что он друг инспектора Джастина. Теперь вот оказалось, что ты знал дядю моего единственного знакомого эрцога? Вот это и есть «паутина»?

Локьё вздохнул.

— Это — её материальное проявление. По таким встречам можно отследить прошлое. Но, говоря о паутине, имеют ввиду совсем другое, хаго… — Он помедлил. — Мал ты ещё. Покалечу я тебя. Не лезь ты ко мне с этими разговорами. Представь себе пятилетнего ребёнка, которого допустили к корабельному пульту. Руки у него уже ловкие, на кнопки жать может… Иди лучше, я тебе сомы налью. Сейчас Пфайфер прорежется, такая, извини, свинья, что без сомы его не вынести. Будет брызгать слюной и лезть мордой в экран. Отвратительное зрелище, — эрцог поморщился.– И наручники принеси. У вас такие должны быть…

Я понял, о чём он.

— Щас, разбежался, — сказал я, в подробностях вспомнив Душку генериса и эти самые наручники. Шрамы на руках тут же зачесались. — Келли, — я нашёл капитана глазами. — Мне нужна твоя голова. И руки. И Дейс. Или кто там ещё у тебя из технически одарённых?