— Что он там натворил? — спросил он инспектора Джастина, заваливая меня, мокрого от воды и холодного пота, на диван, и вытряхивая на плавающий рядом столик аптечку.

— Ты зря за него боялся. Видел бы ты, какое лицо было у Локьё. Он сегодня из ледяного эрцога стал эрцогом бледным… — зажурчала вода. — Мальчишка ничего не хочет и относительно граты свободен, а силы у него немерено. Только, похоже, и Локьё не понял — какой.

Дьюп приподнял мне голову, чтобы залить в рот лекарство, и я увидел, что инспектор Джастин пьёт чай из маленькой чашечки, и лоб его медленно покрывается испариной.

— Он же ведёт себя, как стихийное бедствие. Вчера он воюет с Локьё, сегодня бросается спасать Плайту, даже не задумавшись, что это вообще не наша территория, и всё, что бы там ни происходило, происходит для нас к лучшему. Эрцог при нём вступил в паутину, и этот тут же за ним полез! И ведь залез!

— Может, вы мне тоже чаю нальёте? — спросил я, кое-как отдышавшись.

Дьюп заставлял меня глотать какую-то гадость, и она расплавленным кирпичом вливалась в желудок, чтобы принять там более подходящие кирпичу форму и консистенцию.

— Чаю? — переспросил инспектор Джастин и встал.

Значит, он пил не чай.

— А вообще, хорошо мы с антипреантом придумали. Агний (мелкая экзотианская монета в редких местах, где презирают кредитки) против Ания (имя эрцога Локьё), что если бы этот псих, — инспектор глянул на меня, — явился в том же помрачённом состоянии сознания, как он бродит последние дни, он бы порвал эрцога в клочья. Зверь лордов — горный леопард, а Агжей напомнил мне скорее вашуга. Он бы сожрал леопарда вместе с когтями. Хотя… откуда в его породе — вашуги?

— А я? — улыбнулся Дьюп. — Если бы я лёг под мастера, как мечталось отцу, вашугом бы сейчас и был. Голову запрокинь. — Это уже мне. — Через пару минут подействует. Тебя от антипреанта тошнит.

— Именно от него? — уточнил инспектор Джастин.

— Именно. На себе пробовал.

— А я надеялся, что его после паутины хоть как-то сплющит. Как в воду шагнул.

— После какой паутины? — спросил я, и перед глазами, как подсказка, тут же возникло светлое пятно.

— А ну, брось! — сдвинул брови инспектор. — Ты почему сначала лезешь, а потом думаешь? Держи свой чай! В карцер бы тебя, экспериментатора, недельки на две.

Дьюп фыркнул:

— Вот так Айяна и сказала: «Погуляй ещё недельки две…»

— Хватит, погулял уже. За два дня столько наворотил. Пусть сейчас же и отправляется. Был бы чуть поживее, я бы его расспросил сначала. Но допрос придётся отложить. Ставь его на ноги. Я прикажу, чтобы подготовили дежурную шлюпку.