Годы
Страница 50 из 54
Настройки чтения
18px
1.8
1

Годы

Страница 50

Он схватился за руль. Руль крутился легко и пусто, как на детской машинке в парке: влево, вправо — машине было всё равно. Педаль тормоза ушла в пол и осталась там. «Волга» шла куда шла. По течению.

Туман кончился.

Труба под насыпью у переезда. Бетонная, в рост человека; в ней всегда стояла чёрная вода, даже в жару. Он сто раз проходил мимо и ни разу не подумал, откуда она там.

«Волга» выкатилась из трубы, как из гаража, и встала колёсами на гравий.

Годы

Стройку он остановить пробовал.

Умел он немногое. В три часа, когда выключается мир, он мог выключить и то, что само не выключалось: мотор, прожектор, дизель. На четверть часа. Он вставал с ведра, шагал в круг и клал ладонь на капот экскаватора. Капот остывал.

Каждую ночь, ровно в три, стройка глохла. Механики разводили руками: электроника. Бригадир штрафовал ночную смену за простой. Смена была Рустамова.

Вот и вся его власть. Он был хозяином реки мёртвых и мог раз в сутки оштрафовать пятерых таджиков.

А в ту ночь, когда сносили ворота, капот под его ладонью остался горячим. У бригадира в кабине орало радио, а мёртвый час берёт только тех, кто его слышит.

Против плана-графика у него не было ничего.

Потом он бросил и это. Сидел и смотрел.

Сваи. Первый этаж. Пятый. Двенадцатый. Краны, стекло, баннер «Сдан!». Старый мост покрасили в белый и обмотали гирляндами: «Арт-объект. Историческое наследие района». В окнах зажёгся свет — сначала в одном, потом в десяти, потом во всех.

«Жизнь у воды».

Они спали. Крепко, всю ночь, и в три часа никто не шёл к двери. Он держал реку — под их паркингом, под их детской площадкой, под прудом с уточками, — чтобы в «Калиновых садах» высыпались те, кто взял тут двушку в ипотеку.

Смешно. Тёма бы оценил.

Времени здесь не было. Годы он считал по шапкам.

Каждую осень, к холодам, мама ехала на кладбище за город, снимала с холмика старую шапку и клала новую. Серую, вязаную, из того же отдела. Старую везла домой, стирала руками в тазике и убирала в шкаф, на его полку.

Две шапки на полке. Три. Пять.

В ряби шла жизнь. Без него она шла нормально, и это было хуже всего и лучше всего сразу.

Тёма защитил диплом. На защиту приехал батя — в костюме, который был ему мал, сел в последнем ряду и хлопал, когда не надо. В геймдев Тёма не пошёл, но и на вахту не поехал: чинил людям компьютеры, потом устроился куда-то, где платили. На свадьбе у него был пустой стул и стопка под хлебом. Невеста спросила, для кого. «Для Костяна», — сказал Тёма, и больше она не спрашивала.

Сына он назвал Костей.

Летом Тёма привёл его на набережную — мелкого, в панамке, с самокатом. Положил на гранитный парапет полбуханки чёрного.

назадназад
1 ... 48 49 50 51 52 ... 54
впередвперед