Тот берег
Страница 30 из 54
Настройки чтения
18px
1.8
1

Тот берег

Страница 30

В час подъехал «Крузак». Артём Вадимович вышел, но не подошёл. Встал в стороне у машины и курил. Нина Петровна долго на него смотрела, потом налила в крышку термоса чаю и отнесла ему сама. Он взял. Что-то сказал. Она кивнула и вернулась.

Тот берег

«На мост не ходи, пока Он не позовёт. А Он позовёт».

Костя знал эту строчку наизусть. Перечитывал её сто раз и каждый раз думал, что это запрет. А сейчас, лёжа в глине, с Тёминой рукой на запястье, вдруг понял: это не запрет. Это расписание.

Он позвал.

— Тём, — сказал Костя. — Пусти.

— Нет. — Тёма сжал сильнее. — Пункт первый. Не отвечать.

— Это не из-за ограды. Ограды больше нет.

Тёма посмотрел туда, где лежали ворота. Чугун в глине. Пустое место. Губы у него дрожали.

— Тогда я с тобой.

Костя встал. Тёма встал вместе с ним, не отпуская запястья. К кромке воды они подошли вдвоём. Мост начинался прямо у их ног: первая доска, тёмная, мокрая, с налипшей глиной. Над ней мигали гирлянды — красный, зелёный, жёлтый, как на ёлке в общаге.

Костя поставил ногу на доску. Доска была тёплая. Как бок спящей собаки.

Тёма шагнул следом — и его нога прошла сквозь доску, как сквозь туман, и ушла в воду по колено. Он охнул. Костя рванул его назад, на глину.

Тёма сидел и смотрел на мокрую штанину. Потом на мост. Потом на Костю.

— Он меня не держит, — тихо сказал Тёма. — Мост. Он только тебя держит.

— Я вернусь.

— Ты Семёнычу то же самое говорил. «Я иду».

Костя опустился рядом на корточки. Посмотрел на Тёмину руку у себя на запястье. Пальцы побелели.

— Не отпускай, — сказал он. — Что бы ни было. Держи.

— А как ты пойдёшь, если я держу?

Костя не знал. Он просто встал и пошёл. И почувствовал, что Тёмины пальцы остались на запястье — там, на берегу, — а он идёт. Будто часть его осталась сидеть в глине, а другая шагала по тёплым доскам.

Он не оглянулся. Боялся увидеть, что именно там осталось.

Мост был длинный. Гораздо длиннее, чем днём, когда это был просто ржавый скелет над сухим оврагом. Доски тянулись вперёд, в туман, и гирлянды над ними мигали в такт — не электричеству, а чему-то другому. Дыханию.

Внизу текла река.

Широкая, серая, медленная. Цвета мыльной пены в раковине общаги, когда её неделю никто не моет. На середине Костя остановился — ноги остановились сами. Как у Вити. «Ребята, тут вода».

Он посмотрел вниз.

По реке плыли лодки.

Не лодки — гробы. Старые, тёмные, обитые истлевшей тканью. Новые, лакированные, с ручками. Простые деревянные ящики. Они плыли медленно, по течению, к тому берегу, один за другим, ровной вереницей, как машины в пробке на объездной. На некоторых горели свечи. На одном стояла стопка, накрытая хлебом.

назадназад
1 ... 28 29 30 31 32 ... 54
впередвперед