Возможно, кто-нибудь бы удивился, что нормальное захоронение в наших размышлениях шло превыше, чем присвоение добра покойников, но таковы уж традиции и мировоззрение ассонов. Снять с трупа врага трофей — это доблесть, прибрать к рукам имущество покойника, которого на тот свет отправил не ты, уже не так почётно. Но в обоих случаях труп следует захоронить, отдав ему последние почести и попросив богов позаботиться о душе усопшего, чтобы та не обозлилась и не начала тебе мстить. Призраки в этом мире вполне себе существуют, и сладить с ними порой куда сложнее, чем с живыми. Ну и по понятным причинам разорение могил у народа северных варваров считается одним из самых страшных грехов, если, а точнее когда воров поймаю, то записанные на кровавого орла могут считать себя счастливчиками. Есть смерти и хуже.

После башни, мы продолжили наш путь. Через несколько дней нам попался первый оазис тепла, но наставник порешил обойти тот по широкой дуге там, где снег ещё не подтаивал. Объяснил он это так:

— Один из самых близких к берегу. Меньше шанса найти старые деревья. Больше вероятность встретить хищников, уже вкушавших человечину. Ну его в Хель.

Спорить я не решился и встал торить лыжню. Шли мы в тот день до глубокой ночи, насколько это понятие применимо к месту, где царит полярный день. Гринольв предпочёл уйти от опасного места подальше, чтобы спокойно поспать. Ну а после завтрака и пробуждения наш путь продолжился, через несколько дней приведя к первым остаткам города снежных эльфов.

— Охренеть и не встать, — вымолвил я, когда мы поднялись на холм, увидев его.

Впереди из снега торчали крыши домов с фигурными коньками и флюгерами, которые до сих пор поворачивались на ветру. Однако привлекли моё внимание не они, а башни. Множество башен. Какие-то были целыми, какие-то оказались разрушены и торчали из снега, как обломанные пеньки зубов, но зрелище было потрясающим. Снежные эльфы были великими зодчими, другие бы не построили эти изящные конструкции высотой в десятки метров, а те не простояли бы долгие века на континенте, где землю по несколько раз в год трясёт.

— Точно подмечено — вывел меня из размышлений голос старика. — И это просто приграничный городок.

— Дважды охренеть и не встать, — отозвался я, после чего получил от учителя подзатыльник.

— Не сквернословь без веского повода, чай ничего нового не увидел, — строго сказал мне Гринольв. Моралист фигов.

Видом мы любовались недолго и вскоре отправились с холма вниз, через пару часов зайдя внутрь города. Его название нам было неизвестно. Внутренняя география континента вообще была тайной за семью печатями ещё в эпоху владычества тут эльфов, а теперь с картами и подавно были проблемы. Мало кто рисковал сюда соваться: что получится взять — не ясно, а вот околеть от холода можно без проблем. Однако Гринольв явно знал, куда шёл, точнее обоснованно подозревал.