— Пфыр, млять, — были первые мои слова, когда я очухался от того, что мне на лицо льют ледяную воду. — Всё, всё, я снова здесь!

— А где был? — заливисто рассмеявшись, спросила Ринд. Ну кто ещё мог бы приводить меня в чувства, опередив подруг?

— С валькирией мёд пил, по усам текло, да в рот не попало, — хохотнул я, вставая на ноги и заодно зачерпывая ладонями снег. По морде мне прилетело знатно, но если его приложить, то синяки будут поменьше и сойдут быстрее. Ещё б запасную голову где-нибудь взять, что болеть не будет… Кстати, интересно есть ли у личей запасные головы? Души-то вроде содержатся в филактериях, а стало быть тела и их части можно менять, как ту же одежду. Скажем, клыкастая орчья черепушка строго для битв, а для дипломатических переговоров с немёртвыми коллегами хорошим тоном считается надеть башку человеческого аристократа в энном поколении? А если поступить иначе, посчитают бескультурным быдлом и перестанут приглашать на чумовые тусовки во славу короля мёртвых?

— Заливай больше, — хмыкнула девушка, резко отвернувшись.

— Не хочешь, не верь мне, — пожал я плечами и поинтересовался: — Кто победил-то?

— Вы, Свен-то дырку в своём же строю оставил. Идиот, — отозвалась Ринд недовольным голосом.

— Ничего, идиотия вполне лечится ударами по голове, выздоровеет со временем, — ухмыльнулся я, рассматривая своего обидчика, ещё валяющегося на снегу со сломанным носом. Юшки с него натекло знатно, но хотелось сделать ещё какую-нибудь гадость типа завязывания ремней на сапогах между собой, чтоб веселей вставалось. Однако пришлось сдержаться. Вокруг было слишком много свидетелей… Да и вообще это не наш метод, да.

— Тогда тебе уже давно пора бы было стать мудрее Одина, — подкололи меня тонким намёком на толстые обстоятельства. Всё-таки физической силой я сверстникам всегда уступал, и, несмотря на ловкость, прилетало в бубен мне частенько.

— Так у меня просто детство ещё не закончилось, оно ж у полуэльфов первые лет сорок самое трудное, — отмёл я подозрения, глядя на то, как девушка реанимирует очередного болезного, начавшего отфыркиваться от холодной воды.

— Ой, так ты у нас всё-таки не взрослый муж, а ребёнок несмышлёный? — с ехидным умилением посмотрела она на меня, подойдя ближе. Не знаю, как Ринд это сделала, но взгляд был именно таким.

— Ага. Дай за сиськи ухватить, мне молочка как раз нужно, — тут же подтвердил всё я, протягивая руки, а через мгновение уже со смехом уворачивался от кувшина, что должен был прилететь мне в голову.

— Дурак!

— Это только по молодости, — ответил я, отвесив шутливый поклон, и был таков.