Помахав вёслами, я прибыл куда хотел. Ветер дул с противоположной стороны небольшого острова, так что тут должно было быть побольше рыбы. Настало время бросить якоря. Кто-то использует один, я же предпочитаю два, отправляя первый в воду с носа, а второй с кормы. Так лодку не крутит. Разобравшись с этим нехитрым делом, я раздвинул удочку в «боевое» положение. Технологии не стоят на месте, хорошую вещь прикупил, продавец божился, что прочная и лёгкая снасть ещё моим внукам послужит. В этом я, правда, уверен не был, даже дети как-то не проявляли интереса к рыбалке уже очень давно, да и, по правде сказать, к тому, чтобы порадовать меня внуками, тоже, предпочитая строить карьеры. Глупо, на мой взгляд, но, может, они и правы, а я думаю устаревшими установками. Сначала нужно встать на ноги, добиться хорошей должности, купить квартиру, а жениться и заводить ребятишек уже потом.
Впрочем, ну их, пускай сидят в своих городах. У меня же сегодня был отдых от глупых мыслей и волнений, малёк выловлен из ведра и насажен на крючок, время расслабиться. Правда, вместо этого пришлось изрядно напрячься, чёрт подери! Я правильно подгадал время: у окуней начался утренний жор, и поплавок почти сразу задергался, обозначая поклёвку. Я дождался, когда окунь, заглотив наживку, потащит её вниз, и подсёк добычу, а потом вытащил её из воды и, отцепив от крючка, отправил во второе ведро с водой, на этот раз без мальков. Потом насадил новую наживку и вновь закинул удочку, чтобы подсечь нового окуня буквально через две минуты.
— Пошла жара, — тихо сказал я и радостно улыбнулся в густые усы, насаживая нового малька на крючок.
Так дело и пошло. Едва я успевал закинуть снасть и чуть расслабиться, как следовала новая поклёвка, и я вытягивал окуней. Они, конечно, были не шибко крупные, но и не мелочь. Даже вспомнился старый анекдот про жену рыбака, которая поздно вечером чистит очередную рыбину и выпускает ей кишки, затем берет следующую, повторяет операцию, а потом потрошит и избавляет от чешуи ещё одну рыбу, а затем ещё и ещё, видя при этом, что количество улова в ведре едва уменьшается. После чего стирает пот со лба и говорит: «Эх, Вася, Вася… Пил бы ты, как все нормальные люди, на рыбалке водку». Водки у меня, кстати, не было, зато в пузатой фляжке за пазухой наличествовал коньяк. Правда, сейчас его время ещё не настало. Пить до обеда дурной тон.
В какой-то момент я прямо с некоторым удивлением обнаружил, что прошло уже пять минут, а никто больше не клюнул. По времени утренний жор ещё не должен был закончиться… Но, может, я просто распугал всю рыбу, таская одного окушка за другим? Или случайно слишком сильно нашумел? Как раз, когда тянул последний улов, случайно задел весло, и оно неприятно проскрипело по корпусу лодки. Ну и чёрт с ним. Рыбалка — это не только вытаскивание очередной рыбы из воды, это процесс, в котором важен он сам по себе. Главное тут — отдохнуть душой, подышать свежим воздухом, отчистить голову от мыслей, полюбоваться водной гладью, послушать шелест камыша на лёгком ветру и просто расслабиться. Так что я мог очень долго сидеть, гипнотизировать взглядом поплавок и быть этому доволен.