И Харри стал шарить у себя за спиной, пока не нащупал ручку двери, захлопнувшейся за ним. Но она оказалась заперта. А он вдруг обнаружил, что на нем ничего нет и он двигается в ее сторону.
«Не делай этого». Эти слова после секундной задержки раздались из телевизора.
«Мне просто нужен ключ от этой двери», – сказал он, но говорить было трудно, как будто он находился под водой, и он не знал, расслышала ли она его слова. Тогда она засунула два, три, четыре пальца во влагалище, и он, широко раскрыв глаза, наблюдал, как в конце концов туда скользнула вся ее узкая ладонь. Он сделал шаг в ее сторону. Рука показалась наружу, в ней она держала пистолет. Она направила дуло на него. Блестящий влажный пистолет с проводом, пуповиной уходившим внутрь ее. Она попросила «не делать этого», но он уже опустился на колени перед ней, наклонился вперед и почувствовал, как в лоб ему ткнулось холодное и приятное дуло пистолета. И он прошептал ей в ответ: «Сделай это».
Глава 24
Теннисные корты были пусты, когда «вольво-амазон» Бьёрна Хольма подъехал к Фрогнер-парку и полицейскому автомобилю, припаркованному на площади у главных ворот.
Из машины выпрыгнула Беата. Она была бодра, несмотря на то что ночью почти не спала. Заснуть в чужой кровати нелегко. Да, она все еще думала о нем как о чужом. Она знала его тело, но его душа, привычки, образ мыслей по-прежнему оставались для нее загадкой, и она не была уверена, хватит ли у нее терпения и интереса для поиска отгадки. Поэтому каждый раз, когда она просыпалась в его постели, она задавала себе контрольный вопрос: «Продолжение следует?»
Двое полицейских в гражданской одежде стояли, облокотившись на полицейскую машину, но оторвались от нее и двинулись навстречу Беате. Она заметила, что в машине два человека в форме сидят на передних сиденьях и еще один человек – на заднем.
– Это он? – спросила она, ощутив, как быстро и оживленно заколотилось сердце.
– Да, – ответил мужчина в гражданском. – Хороший фоторобот. Этот очень похож.
– А трамвай?
– Мы отправили его дальше, он был битком набит. Но мы записали имя одной из пассажирок, потому что произошла небольшая драма.
– Что именно?
– Этот человек попытался сбежать, когда мы предъявили удостоверения и велели ему пройти с нами. Он пролез в середину трамвая, да еще так быстро, и перегородил нам дорогу детской коляской.
– Детской коляской?
– Ага, здорово, да? Вот уж настоящее преступление.
– Боюсь, он делал вещи и похуже.
– Я о том, что втаскивать коляску в трамвай в утренние часы пик – это преступление.
– Понятно. Но вы все-таки его взяли.