Ярина соскочила с телеги и подбежала к матери. Обхватила её обеими руками, уткнулась лицом в плечо, как маленькая. Купава обняла её в ответ. Руки у неё легли дочери на спину, похлопали раз, другой, но так и не сомкнулись. Смотрела Купава при этом не на Ярину, а поверх её плеча, туда, где у плетней стояли соседки.
— Живая, — сказала она. — Ну и слава богу.
И отстранилась первой. Поправила на себе платок, помолчала, потом кивнула на крыльцо, не дочери, а Кире:
— В светёлку их веди, Радим. Всё одно пустая стоит.
Светёлка была Яринина. Всё здесь осталось, как было в тот день: гребень на лавке у окна, пяльцы с недошитым рушником, на гвозде у двери лента. Кира положила Зорика на лавку, и он заворочался, но не проснулся. Ярина принесла из сеней воды, постелила поверх сенника чистую холстину из сундука, подоткнула её с краёв. Лента на гвозде так и висела, Ярина её не тронула.
За стеной, в горнице, Радим сел к столу, как был, с дороги, и Купава поставила перед ним миску со щами. Млава села напротив брата, подперев щёку кулаком. Радим ел и рассказывал.
— В Печищах я их дождался, на шестой день. Там дело такое было, мам. Дикие к ним пришли, будто за солью, меняться, а ночью крыши им подожгли, чтобы все на пожар кинулись. А сами тем часом травницу и увели. — Он хлебнул щей, отложил ложку. — Мужики печищенские в ту же ночь за ними пошли. Охотники ихние, Грач да Лом, ну и Ярек с ними. Мальчишка, а пошёл.
— Ярек, — сказала Купава. — Тот, что нашу лесопилку поднимал?
— Он. Догнали их аж за лесом, у топи, там и бились. Охотников поранили, Грачу стрелу в ногу всадили, и Ярек со стрелой вернулся, рука перевязана. Травницу отбили. Одного из тех гадов живым взяли, держат связанного. Остальные ушли, да не все целые, говорят.
Млава слушала, не отнимая кулака от щеки.
— А Ярина-то как с ними оказалась? — спросила она.
Радим взял ложку и помешал щи.
— Так это ж те самые, что наших девок увели. Одни и те же. — Он постучал ложкой о край миски. — Ярина с травницей сбежала, когда бились. А Настёна с Дуней не успели. Тех дальше увели, в лес.
Сказал он это без всякого тепла, как говорят о погоде. Купава поджала губы и ничего не ответила. Млава посмотрела на стену, за которой была светёлка, и тоже промолчала.
Дверь светёлки открылась, и в горницу вышла Кира. Постояла, оглядываясь, увидела за занавеской проход в дальнюю горницу и пошла туда. Ярина вышла следом.
Купава подняла голову от стола.
— Ты-то куда?
— Она помогает, — ответила Кира раньше, чем Ярина успела открыть рот. — Со мной будет.
И прошла мимо, не останавливаясь. Ярина пошла за ней. Купава так и осталась сидеть с полотенцем в руках.