— Так а что, их разве не в наместничествах будут расселять?

— Нет, столько здесь не разместишь, а вести их вокруг Америк к Азиатскому берегу будет слишком далеко. Их отправят вглубь России, в старые губернии, или в степные земли… Никто пока даже не понимает, Осип, сколько народу предстоит куда-то вывести. Вам повезло, вы выбрались сами, а вот тех, кого привозят туземцы — с теми ещё не всё ясно.

— А что неясно?

— За них будет заплачено, они не подданные царя, неправославные. Значит, они — холопы. Чистые холопы. А такого в действующих законах не предусмотрено. Наместник запросил канцелярию Государя, там тоже не нашли ответ — теперь бегают кругами, придумывают. Представляете, таких уже почти тридцать лет на Руси-матушки не водилось…

— М-да… — в голове Бишопа крутились мысли, создавая сумбур, — А Вы, Михаил, здесь почему?

— Износ орудий и лафетов, припасы не успевали подвозить, люди устали… Тысяча причин… — губы майора раздвинулись в тихой усмешке, — Давайте-ка лучше ещё немного выпьем, Осип. Хочется многое оставить в прошлом, мне через день грузиться и отплывать в Квебек.

— Конечно, Михаил…

⁂⁂⁂⁂⁂⁂

— Не ожидал, не ожидал… — старый царь снял свои очки и потёр глаза, — Значит, говоришь, просто не проснулся?

— Именно так и сообщает Чижов. Газеты пока ничего не знают, но вскоре… — Устин стоял по стойке смирно, ожидая заданий.

— Что Талейран? Это же он сообщил о смерти императора нашему послу? — Павел сидел, прикрыв глаза и не шевелясь.

— Да, Государь. Он просит уточнить, примет ли его Россия. С младшим Моро у него сложные отношения… — Устин не расслаблялся, понимая, что момент действительно тяжёлый.

— А что же ты сразу не сказал? — царь проговорил так тихо, что Груцкий едва расслышал его слова.

— А зачем? Пока Талейран просто прощупывает почву, его ещё даже не отставили. — сменил тон Устин.

— Что же, логично… Однако пусть Бругалло проработает… — задумчиво буркнул Павел.

— Я взял на себя смелость… — вытянулся секретарь.

— Молодец. — кивнул Павле, — Ладно… Однако смерть Моро нам ни разу ни на руку… Неопределённость после смерти старого императора может стать проблемой.

— Я пригласил Бирюкова, Багратиона и Богарне на одиннадцать.

— Ещё раз — молодец, Устиша… Добавь к ним, Аракчеева и адмиралов Синичкина и Кораделли. Потапкина, Бонапарта, Усольцева и, пожалуй, Пехлевина пригласи на двенадцать. Господи, как всё не вовремя-то… Нам в такой ситуации войска в Европе не помешали бы, но нам сейчас никак нельзя оставить Америку без присмотра. — царь морщился и тёр глаз, который беспокоил его в последнее время.