— А чикагцы?
— Мангано ждет со своими людьми. Охотничьих псов уже пустили по следу жертвы.
Я подошел к окну и осторожно выглянул через еле заметную щель в тяжелых портьерах. На противоположной стороне улицы стояли две машины с затемненными стеклами. Слежка велась открыто, без попыток скрыться.
Телефон зазвонил, прерывая мрачные размышления. О’Мэлли взял трубку:
— Резиденция мистера Стерлинга… Да, слушаю… Понял.
Он положил трубку и повернулся ко мне:
— Босс, это странно. Звонил некто, представившийся курьером цветочного магазина. Сказал, что завтра в полдень доставят букет по адресу склад номер семнадцать на Вест-стрит. Заказчик пожелал остаться неизвестным.
Склад номер семнадцать на Вест-стрит. Один из нейтральных пунктов в доках, который использовался для тацных встреч.
— Готовьте машину и людей. Завтра в полдень у нас встреча.
— Босс, это может быть ловушка. Что если они решат сдать вас остальным семьям?
Я отошел от окна и сел в кожаное кресло у камина. В очаге потрескивали березовые поленья, отбрасывая пляшущие тени на стены, украшенные портретами американских финансистов XIX века.
— У нас нет выбора. Если этот трюк не сработает…
— Тогда нам конец, — закончил О’Мэлли.
— Тогда мы будем сражаться до последнего, — поправил я. — Но сначала попробуем договориться.
Поздно ночью я стоял у окна кабинета, наблюдая за огнями ночного Нью-Йорка.
Утро встретило меня не в постели, а в кабинете особняка на Пятой авеню. Я не спал всю ночь, готовясь к тому, что должно стать финальным актом долгой партии против Джонатана Рид Моргана. За окном ветер гнал по тротуарам листья с платанов и кленов, а в душе у меня царило холодное спокойствие перед решающим ударом.
На письменном столе из красного дерева лежали три предмета, которые определяли мою судьбу. Серебряный револьвер «Смит-Вессон» калибра.38, рукоять была украшена гравировкой с монограммой моими инициалами.
Рядом покоился толстый конверт из слоновой кости с печатью Альянса промышленной стабильности, ультиматум Моргана, который уже давно истек. И наконец, новая записная книжка в коричневом кожаном переплете, изготовленная по моему заказу мастерами с Литл-Итали.
Настоящая записная книжка, с подлинными секретами моих операций, та самая, которую я вел с того момента, когда попал в это время, покоилась в сейфе швейцарского банка в Цюрихе.
Та, что украл дворецкий Фаулер по заданию Моргана, была тщательно сфабрикованной ловушкой, каждая страница которой готовилась месяцами. А эта, третья, тоже искусная подделка, содержала «правду», которую я сегодня представлю миру. Историю о том, как банкир Уильям Стерлинг внедрился в преступные организации, чтобы уничтожить их изнутри.