Когда мы собрались покидать дом, я в последний раз обошел кабинет отца. Здесь все началось. Поиски истины, которые привели к войне с самыми влиятельными людьми страны. Здесь же, в этих стенах, я нашел силу для финальной битвы.
— Спасибо, — тихо произнес я, гася последнюю свечу. — Постараюсь не подвести вас.
Мы вышли из дома и направились к машине. Впереди нас ждал Нью-Йорк и самая рискованная игра в моей жизни. Но теперь я был готов к ней, не только умом, но и сердцем.
Морган получил мою записную книжку и думал, что выиграл войну. Завтра он узнает, что недооценил противника. План готов и теперь я был уверен, что он будет реализован на сто процентов.
Ритмичный стук колес о рельсы действовал усыпляюще, но сон не приходил. Я сидел в мягком кресле купе первого класса, наблюдая, как за окном мелькают заснеженные холмы Новой Англии. Поезд «Янки Клиппер» компании «Нью-Йорк, Нью-Хейвен энд Хартфорд» мчался через февральскую ночь к Нью-Йорку, неся меня навстречу финальной битве.
В соседнем купе О’Мэлли и Маллоу играли в покер, время от времени их приглушенные голоса долетали через тонкую перегородку. Они охраняли меня даже здесь, в этом мирном поезде, где другие пассажиры мирно дремали под мерное покачивание вагонов.
Кожаный портфель на столике содержал то, ради чего мы ездили в Бостон. Документы из тайника отца, старые письма, фотографии, банковские записи, все то, что могло дать мне оружие против Моргана. Но сейчас, глядя на ночные огни пролетающих мимо городков, я думал не о тактических преимуществах. Я думал о будущем.
В старом родительском доме настоящего Уильяма Стерлинга, среди пыльных книг и забытых бумаг, ко мне Алексу Фишеру, пришло понимание истинного масштаба происходящего. Это не просто война между мной и Альянсом промышленной стабильности. Это борьба за душу Америки, за право определять, каким путем пойдет страна в ближайшие десятилетия.
Морган и его европейские хозяева планировали не просто контролировать американскую экономику. Они готовили почву для грядущих катастроф, которые должны ослабить Соединенные Штаты и сделать их послушным инструментом международного капитала.
Я знал, что нас ждет впереди. Углубление Великой депрессии, миллионы безработных, голодающие семьи, банкротства фермеров. А потом, через несколько лет, новая мировая война, еще более разрушительная, чем предыдущая.
Проводник прошел по коридору, объявляя станции: «Нью-Лондон! Нью-Лондон, штат Коннектикут!» Поезд замедлился, пропуская встречный состав. В окне мелькнули желтые огни вокзала, силуэты людей на платформе.