Биржевой колокол еще не прозвонил открытие торгов, когда я поднялся по мраморным ступеням Нью-Йоркской фондовой биржи.
Утро выдалось промозглым. Влажный ветер с Гудзона пробирал до костей даже сквозь шерстяное пальто.
В торговом зале уже кипела работа. Десятки клерков в белых рубашках склонились над телеграфными лентами из Лондона и Парижа, изучая ночные сводки европейских рынков.
Воздух насыщен запахом типографской краски от свежих финансовых сводок и табачным дымом. Большинство брокеров не расставались с сигарами даже в восемь утра.
Гул голосов смешивался со стрекотом телетайпов, создавая ту особую симфонию, которая означала только одно. Деньги находятся в движении.
Я прошел через главный торговый зал, кивнув знакомым лицам, и направился к неприметной двери в дальнем углу. За ней находился офис «Metropolitan Securities», одной из моих подставных компаний.
Табличка на двери гласила скромно: «Частные консультации. По предварительной записи». Большинство посетителей биржи принимали это за кабинет какого-нибудь второразрядного финансового советника.
Чарльз Бейкер уже ждал меня, сидя за массивным дубовым столом и изучая толстую папку документов. При моем появлении он поднял голову.
Высокий, худощавый парень лет с проницательными серыми глазами за стальными очками. Его безупречно выглаженный костюм и аккуратно зачесанные назад темные волосы выдавали в нем выпускника Гарварда, каким он и являлся. Но за внешностью респектабельного банкира скрывался один из самых изобретательных финансовых умов, которых мне довелось отточить за время его общения со мной.
— Доброе утро, Уильям, — приветствовал он меня, закрывая папку. — Ночные сводки подтверждают наши предположения. Активность европейских переводов возросла на двадцать процентов за последние три дня.
Я снял пальто и повесил его на резную вешалку у двери. Кабинет был обставлен с тщательно продуманной скромностью.
Ничего кричащего, но каждый предмет выдавал присутствие серьезных денег. Персидский ковер под ногами, картины голландских мастеров семнадцатого века на стенах, хрустальный графин с шотландским виски на боковом столике.
— Что у нас по целям? — спросил я, устраиваясь в кожаном кресле напротив его стола.
Бейкер открыл папку и достал несколько машинописных листов. На бумаге отличного качества аккуратно напечатаны финансовые сводки по трем компаниям.
— «Continental Steel Works», — начал он, показывая первый лист. — Капитализация сорок два миллиона долларов, торгуется по сорок семь долларов за акцию. Основные активы — сталелитейные заводы в Пенсильвании и Огайо. Недавно получили крупный заказ от Военного департамента на производство брони для новых эсминцев.