— Но есть и хорошие новости, — добавил О’Мэлли. — Наши источники уже приносят первые плоды.
— Какие именно?
— Маргарет сообщила, что в понедельник у Моргана запланирована важная встреча с группой американских промышленников. Среди приглашенных представители сталелитейных компаний Питтсбурга и нефтяных корпораций Техаса.
— Интересная компания. А тема встречи?
— Официально обсуждение инвестиционных возможностей в условиях экономического кризиса. Неофициально — Маргарет слышала, как Морган упоминал «необходимость более тесной работы против дестабилизирующих элементов на рынке».
Я усмехнулся. Похоже, Морган собрал коалицию против меня среди американских промышленников.
— А что сообщает водитель?
— Донован заметил интересную закономерность. Каждую пятницу Морган ездит в доки, встречается с кем-то возле пароходов трансатлантических линий. Встречи короткие, минут на десять-пятнадцать, но регулярные.
— Получение инструкций из Европы?
— Или отправка отчетов. Во всяком случае, график слишком точный, чтобы быть случайностью.
Я обдумал полученную информацию. За три дня О’Мэлли создал базовую разведывательную сеть, которая уже давала полезные результаты. Но главное, что Морган пока не подозревал о наблюдении.
— Отличная работа, Патрик. Продолжай в том же духе. А теперь новое задание.
— Слушаю, босс.
— В понедельник на встрече у Моргана будут влиятельные промышленники. Мне нужно знать, что именно они обсуждают.
О’Мэлли задумался:
— Сложно, но выполнимо. Маргарет может участвовать в совещании, как стенографистка. Потом передаст копию.
— Пусть действует, но осторожно. Если Морган нас засечет, потеряем все источники сразу.
— Понял, босс. А что делать с информацией о пятничных встречах в доках?
— Проследить незаметно. Выяснить, с кем именно встречается Морган и что передает.
После ухода О’Мэлли я еще долго размышлял о полученной информации. Потом улыбнулся.
Как же мне это нравится. Началась безумно интересная игра. Надеюсь, первый раунд будет за мной.
Особняк губернатора Рузвельта встретил меня прохладой старых стен и запахом воска, которым натирали полы еще при его матери. Дворецкий, чопорный как английский лорд и молчаливый как могила, провел меня через анфиладу комнат к библиотеке. За высокими окнами расстилался Гудзон, а вечернее солнце рисовало длинные тени на персидских коврах.
— Билл! Наконец-то! — Франклин поднялся из кожаного кресла, опираясь на трость. Даже в домашнем кардигане он умудрялся выглядеть президентски. — Садитесь, выпьете чего-нибудь?
Луис Хоуи курил трубку в углу, окутанный дымом как древний оракул. Рядом с ним устроился Джеймс Фарли, тот самый политический стратег, который, как я помнил из прошлой жизни, через год будет руководить избирательной кампанией. А у камина расположился молодой экономист Рекс Тагуэлл, старательно делавший заметки в блокноте.