— «Стандартные методы промышленной корректировки», — повторил я. — Какая изящная формулировка для саботажа и подкупа.
— Именно. — Роквуд сложил документы обратно в папку. — Уильям, мы имеем дело не просто с конкуренцией. Это спланированная атака европейских нефтяных гигантов на американских независимых производителей. И за ней стоят те же силы, которые атаковали ваши финансовые позиции.
Я встал и подошел к большой карте мира, изучая красные линии, соединяющие месторождения с нефтеперерабатывающими заводами и портами. Картина становилась ясной, европейцы хотели установить контроль над мировыми энергетическими потоками, а американские независимые компании мешали этим планам.
— Дэвид, — сказал я, обернувшись к нему, — думаю, пришло время объединить усилия. Нас атакуют не случайно, мы представляем угрозу для их планов мирового господства.
— Что вы предлагаете?
— Создать собственный альянс. Американский нефтяной альянс против европейской экспансии. — Я подошел к его столу. — У вас есть связи с «Texaco», «Gulf Oil», «Phillips Petroleum»?
— Разумеется. Мы конкуренты, но проблемы у всех одинаковые.
— Тогда пора превратить конкурентов в союзников. — Я взял перо и лист бумаги. — Потому что в одиночку против Альянса промышленной стабильности не выстоять никому.
Роквуд внимательно посмотрел на меня, и я увидел в его глазах решимость, которая когда-то помогла его семье построить нефтяную империю.
— Хорошо, Уильям. Что вы можете предложить в качестве первоочередных мероприятий?
Я слегка улыбнулся. Ответ у меня уже давно готов.
Но перед тем, как предложить решение проблемы, я предложил еще раз обсудить текущую ситуацию. Роквуд показал мне не все документы.
После обеда мы перешли в защищенную переговорную комнату на седьмом этаже, помещение без окон, стены которого были обиты звукопоглощающими панелями из темно-зеленого сукна. Роквуд объяснил, что комната построена специально для обсуждения секретных деловых вопросов. В мире нефтяного бизнеса промышленный шпионаж был обычным делом, а цена утечки информации могла исчисляться миллионами долларов.
В центре помещения стоял массивный стол из черного ореха, вокруг которого располагались восемь кожаных кресел. На стенах висели портреты отцов-основателей американской нефтяной промышленности. Эдвина Дрейка, пробурившего первую скважину в Пенсильвании, полковника Дрейка из Спиндлтопа и Джона Роквуда, создателя «Rockwood Oil».
Символизм ясен. Ведь мы находились в святая святых американского нефтяного бизнеса.
Роквуд развернул на столе большую карту мира. Не обычную географическую, а специальную, на которой цветными линиями обозначены нефтяные потоки, торговые маршруты, расположение нефтеперерабатывающих заводов и стратегических портов.