— Значит, здесь вы выросли, босс? — спросил Маллоу, оглядывая холл с мраморным полом и лепниной на потолке.

— Я жил тут до одиннадцати лет, — коротко ответил я, зажигая электрический фонарь. — После смерти родителей меня отправили к тете в Нью-Джерси.

Запах пыли и затхлого воздуха наполнил легкие, принося с собой обрывки детских воспоминаний настоящего Уильяма Стерлинга. Вот здесь, в холле, стояла китайская ваза, подарок отцу от делового партнера из Бостонской торговой палаты. Вот эта лестница, по которой я сбегал по утрам к завтраку, пока мать не заставляла спуститься степенно, как подобает джентльмену.

— Вы жили небедно, — заметил О’Мэлли, водя рукой по резному поручню лестницы. — Настоящий особняк для семьи промышленника.

— Отец владел текстильной фабрикой, — пояснил я, поднимаясь на второй этаж. — «Стерлинг мануфактуриз». Одно из крупнейших предприятий Новой Англии в то время.

Мы дошли до кабинета отца. Массивная дубовая дверь скрипнула, открывая просторную комнату с высокими окнами. Книжные полки до потолка, письменный стол красного дерева, глобус в углу, все осталось точно таким же, как и тогда, когда я приходил сюда.

Я зажег несколько свечей, найденных в ящике стола. Мягкий свет заплясал по стенам, оживляя призраки прошлого.

— Джентльмены, располагайтесь, — сказал я, указывая на кресла у камина. — Нам нужно обдумать завтрашний день.

Маллоу опустился в кожаное кресло, держа автомат Thompson на коленях. Он не расставался с оружием даже в этом тихом доме, готовый к бою в любую секунду.

— Мистер Стерлинг, — сказал он, — может, пора рассказать нам, что у вас на уме? Времени остается все меньше, а план до сих пор в тайне.

О’Мэлли кивнул:

— Босс, мы готовы на все, но хотелось бы понимать, на что идем.

Я подошел к книжным полкам и нашел знакомую секцию, «Историю банковского дела» Томаса Хаббарда. Память о том, как я впервые обнаружил здесь тайник отца, все еще свежа. Помнил и О’Мэлли, он тогда тоже находился со мной здесь.

— Пока что скажу только одно, — произнес я, наклоняя третий том. — Завтра мы будем играть в покер с самыми опасными людьми Америки. И у нас в руках будут не карты, а чистый блеф.

Раздался знакомый щелчок, секция полки выдвинулась. Тайник по-прежнему был там, но уже пустой, документы по проекту «Анакондо» я забрал в прошлый раз. Теперь там лежали только личные вещи отца: золотые запонки с фамильным гербом, старинные карманные часы и кое-что еще.

Я взял часы и запонки. Часы символ времени, которого у нас осталось так мало.

— А что если блеф не сработает? — спросил О’Мэлли. Он старательно сопел сбоку, стоя у двери. Так и не сел на кресло.