Но выслушивать словоблудие докладчика для этого вовсе необязательно. То, что происходило сейчас на Равнине, занимало архимага гораздо сильнее.
Нет, то, что его образцы сумеют справиться с каким-то десятком орков, он даже не сомневался. Не настолько он плохо разбирается в людях. Любопытнее взглянуть, как должно вести себя в бою новоизобретенное оружие шефанго.
«Винчестеры».
Ящеры, впряженные в фургоны, встали как вкопанные, девушки, управлявшие повозками, Харли и Банни, спрятались за повозками, направив стволы в сторону зеленошкурых. Сардж, Багира и Док повернули своих ящериц влево, Кен, Смит и Ракша — вправо, растянулись в цепь, спрыгнули на землю и хлопком по загривку заставили рептилий лечь. Встали на одно колено, держа в руках винчестеры стволом вниз.
Сейчас оркам были видны в лучшем случае широкополые шляпы, чуть возвышающиеся над травой Равнины.
Орел, глазами которого архимаг наблюдал за происходящим, спустился чуть пониже. Чтобы рассмотреть лицо командира.
«Нет, — подумал Рогиэль, глядя в спокойные глаза, — это не стражник. Это гвардеец, гвардеец, приближенный к королю или императору. Потому что обычному солдату негде научиться обращению с магическим оружием, а Сардж с тем, что получилось из флейты Ункана, обращаться умеет. И бывать в подобных передрягах ему приходилось не раз. Видимо, он действительно в чем-то разошелся во взглядах с тамошним правителем… как там его титул?… Темнейшим…».
— Харра! Харра!
Орки продолжали лететь вперед. Для них все было предельно ясно: раз противник не пытается сопротивляться, а прячется — значит, он струсил! Разведчик наверняка рассмотрел, что луков у каравана нет, а если и спрятаны где-то — то достать и снарядить их не успеют. Интересно только, почему они совершенно не боятся магов, которые могли бы входить в состав отряда?
Что там шевелил перед нападением губами этот зеленый — во всех смыслах — мальчишка, ученик шамана?
Рогиэль вернул память чуть подальше в прошлое.
— Я спросил духов: они не видят магов среди этих остроухих…
Ах вот оно что… Человеческий отряд орки, может быть, и пропустили бы, но упустить эльфов, своих злейших врагов — никогда! Духов он спросил… Каких духов ты можешь призвать: крыс и кротов? Удивительно, что они вообще поняли, чего ты от них хочешь.
Шаманизм, как и многие другие разновидности тонкого воздействия на реальность мира, Рогиэль изучал. В молодости, когда ему было от силы тысяча лет. По совести признаться, одной из причин, побудивших его начать обучение, были многочисленные способы расширения сознания, позволяющие увидеть духов. По большей части — на основе грибов. Изучив методики призыва духов и общения с ними, а также изобретя несколько собственных рецептов — кто бы мог сообразить, что если в грибную настойку северных шаманов добавить пару лепестков обычной перечницы сине-желтой с южных долин, то можно доиться оч-чень интересных результатов… — Рогиэль пришел к выводу, что быть шаманом — не для него. Духи капризны, постоянно что-то требуют от тебя за услугу, понимают твои просьбы так, как сами хотят, а если разозлиться и попытаться пригрозить им — пугаются и прячутся в своих Планах так, что в следующий раз он смог призвать их только через двести лет.