Он подумал еще немного:
— А давайте, я вас расскажу историю своего появления?
— А в этой истории будет упомянута причина вашего появления ЗДЕСЬ, в этой комнате?
— Конечно. Наверное. Так вот…
Вселенная состоит из бесчисленных миров, которые являются материальными планами существования. Вокруг материального плана расположены иные планы, от Плана магии, до Плана… да чего угодно. И вся эта структура висит в безграничном Хаосе.
Хаос не является планом, по сути Хаос — бесконечный склад материалов для воплощения всего того, что существует во Вселенной. В силу этого Хаос можно назвать всемогущим — он может воплотиться абсолютно во все. Даже в квадратный корень из минус апельсина. Если бы у Хаоса была разум — и тем более разум злокозненный — всем мирам пришел бы конец. К счастью, этого нет. Ну, или разум Хаоса не интересуется материальными планами, если он все же существует. Были попытки создания магии Хаоса, магии, которая точно так же могла бы сделать владеющего ею всемогущим. Теоретически. Практически же все эти попытки приводили только к тому, что самонадеянные маги становились частью Хаоса.
Но, так как Хаос всемогущ — он допускает абсолютно все. Например, появление в мире под названием Кандос частицы Хаоса, приобретшей разум и, под влиянием этого разума — желание приобрести законченную форму. И много других желаний, появляющихся и исчезающих ежесекундно.
Воплощение все же было воплощением Хаоса, а не логичности.
Воплощение, по своей сути, оказалось не столько богом, сколько единственным в мире — а может и во вселенной — магом Хаоса, обладая возможностью использовать силу Хаоса пусть и в достаточно ограниченном объеме. Изначально Воплощение игралось с внешностью, превращаясь во что угодно, то есть, по сути, выглядя как постоянно меняющее облик облако, но потом, присмотревшись к разумным обитателям Кандоса, выбрало себе облик человека.
А потом обратило внимание на группу странных существ…
Воплощение что-то все же не договаривало — по крайней мере, о своем месте обитания, которое не может найти ни один бог Кандоса — но этого все же хватило, чтобы наблюдавший за разговором Рогиэль отпустил стиснутые подлокотники кресла и перевел дыхание.
Когда отчаянно воняющий стеклянно-торопливо-приторным запахом существо назвало себя богом, архимаг испытал давно забытое чувство… не страха, нет… хотя… ну, в какой-то мере это можно было назвать страхом. Тем страхом, который вызывает ощущение беспомощности, ощущение, что ты абсолютно ничего не сможешь сделать.
К счастью — нет. Не бог. Воплощение. Разумный кусочек хаоса на двух ногах, сильный — о да… — могущественный — без сомнения — но обладающий уязвимостью. Наверняка обладающий. Без сомнения.