— Наши жители — мирные люди. А у Марикса, говорят, несколько десятков и свой маг. Люди боятся. Боятся еще и того, что разбойники отомстят. У меня же — три стражника и один колдун. И тот больше по изгнанию блошек и тли…
Лицо мэра вдруг осветилось, как будто ему пришла в голову замечательная идея — и тут же потухло, он снова опустил взгляд.
— А где замок этого самого Марикса? — спокойно спросил Сардж.
— Но… — удивился мэр, в глазах которого опять загорелась надежда, — Вы… паломники?
— No, we are Russians. Паломники. И наши боги сказали нам, что мы должны помочь.
— Обсуждение и Консенсус? — по-русски спросил из-за спины подошедший Кен. С ним пришли Харли, несколько настороженная, спокойная Ракша, не менее спокойный Док, который, собственно, всех и привел, и совсем спокойная Банни с полотняным кулечком.
— Они самые, — на том же языке ответил Сардж, — И сейчас мы к ним и обратимся… А где Багира?
— Эта алкашка дрыхнет, — заложила соперницу Ракша.
— Как она умудрилась напиться? На шефанго же алкоголь почти не действует.
— Любое качество всегда можно перебить количеством.
— Ладно, я ее за это еще натяну… в фигуральном смысле, Ракша, не сверкай глазами. Итак, вводная: в лесу замок, в замке прячется банда, точный численный состав неизвестен, ориентировочно — до тридцати человек. Взят заложник — девочка, десяти-двенадцати лет. Вооружение банды — холодное оружие, один маг, уровень неизвестен. Задача — уничтожение банды, освобождение заложника. Согласие?
— Я за, — тут же сказал посерьезневший Кен.
— И я, — добавил Док.
— За, — подняла руку Ракша.
— За, — махнула ладошкой Банни.
— Я тоже, — присоединилась Харли, тоже резко ставшая серьезной.
— В таком случае — вперед.
— Сардж, погоди, — успел произнести ему в спину Кен, — А планирование?
— По дороге.
— Где этот замок вообще?
— Спросим.
— Как мы в него вообще попадем?
— Как русские в Боснию.
По узкой, основательно заросшей травой лесной дороге — которая выглядела бы заброшенной, если не обращать внимания на то, что прорастающие на ней деревья аккуратным образом вырубаются — катил фургон. Необычное здесь зрелище, даже если не обращать внимания на то, что в фургон запряжена степная ящерица, а на дворе — ночь.
Потому что чужие по этой дороге не ездили. А если ездили — то недолго. И назад не возвращались.
Человек в темной одежде, развалившийся на куче веток, набросанной в стороне от дороги, услышал поскрипывание осей и шлепанье лап. Насторожился, отложил в сторону курительную трубку, которой попыхивал, и прищурился, вглядываясь в проемы между деревьями.