Расслабились мы. Привыкли, что как бы страшен ни казался противник, морок растает, раны исчезнут, и всё будет как прежде. И вдруг! Схватка резко стала совсем-совсем настоящей.
Наставник расслабленно выплыл на площадку, встал напротив. Любопытствующим, немного нечеловеческим жестом склонил голову набок.
Я же оружие доставать не спешила. Всё равно ведь пользоваться толком им не умею. Вместо этого запустила ладонь в рукав, нащупала бутылку с водой, лёгким движением даже не пальцев, а мысли сняла с неё крышку. Тряхнула запястьем, выпуская влагу на волю.
Вода поднялась вокруг не струями и не хлыстами — туманом, мельчайшими каплями, лёгкой и свежей взвесью. Окутала меня, заслонила объёмным, многослойным щитом. Развернулась в пространстве дополнительным органом чувств.
Я размеренно, отстранённо дышала. Это было, пожалуй, на грани доступного в данный момент контроля. А может, вовсе за гранью — неразумно применять в схватке технику, которую едва-едва тянешь. Но не то, чтоб у меня было, из чего выбирать. Использовать силу в бою всегда сложно.
Отец говорил: если речь пойдёт о жизни и смерти, в драку вообще не вступать и дурью не маяться. Врагов просто топить. Сразу, выплеском всей доступной мне силы, пробить защиту противника и залить водой лёгкие. Не сомневаться, не думать: жертву, если что, целители потом откачают.
Но спарринг — это не смертельная схватка, а чтоб продавить щиты умелого воина…
Не Хозяина же Холодной Воды мне тут призывать. Хватит на сегодня позора.
Мастер ближнего боя медленно, с видимым одобрением улыбнулся. Лицо его вдруг поплыло, форма утратила чёткость. Пальцы вытянулись — нет, это были уже длинные, чуть искривлённые когти, на которых недобро поблёскивал лёд. Кожа покрылась тёмными пятнами обморожения, спутанные волосы на плечах смёрзлись сосульками, из тронутых инеем губ вырывалось дыхание стужи. Утопленник, да не простой — а затянутый под лёд и ставший затем зимним призраком. Таким, что совсем, вот совсем не боится воды! От присутствия её становится только сильнее.
Ах ты ж!.. Инструктор!..
Я рванула в сторону, утопленник ринулся на меня, и под ногами его влага застывала тонкой прозрачной гладью. Плевать, сколь волшебно создание, законы физики должны работать. Лёд — скользкий, а чем быстрее движется тело, тем больше инерция, так ведь?
Нет, вовсе не так. Тварь развернулась на сияющем зеркале как хоккеист-чемпион, скорость погасила мгновенно. Ударила в бок, затем в спину. Зарубка на память: погибшие подо льдом на льду могут передвигаться совершенно свободно.