— Михаил, — кивком представился мальчик, — из Медного утёса. Можно Миша. Я из вашего мира. Ну, где был Советский Союз, а потом он распался. Нам с родителями тогда с юга уехать пришлось, а потом они вовсе куда-то пропали, а меня к двоюродной тётке в другой город отправили. Ну, там старый дом был, и я прятался на чердаке от местной шпаны. Скучно было, рылся во всякой рухляди. И книгу нашёл.
Миша замолчал. Неосознанно прижал к себе поближе огромный, неказистый кожаный ранец.
— Она была такая… знаете, как из музея? Древняя, с резным переплётом, старым, из которого драгоценные камни выковыряли, но видно, что когда-то они там были. Ну, я её и открыл. И прочитал. Оказывается, я — какой-то очень давний потомок здешнего рода, и мог выбирать, принять их наследство или от него отказаться. Ну, я и ляпнул, что мол, конечно, всё принимаю! И рухнул прямо в страницы. Вывалился в своей вотчине, в долине Медного утёса. Какое-то время жил там, Книгу читал. И другие книги. Бродил везде, призраков слушал, в мастерских что-то делать пробовал. Потом пришли посланники Великого князя, забрали в Лицей, и это лето я провёл тут. Занимался с наставниками один на один, базовый контроль мне ставили, камни чуять учили. Сейчас вот решили, что готов уже и в группах на занятия ходить.
Он замолчал, неожиданно остро глянул в мою сторону.
А у меня сердце билось где-то в районе горла. Название «Медный утёс» было знакомым. Мастер Каарина упоминала этого мальчишку, когда перечисляла маме список возможных для меня партий. Ну, блеск вообще. Жених, от горшка — два вершка. Но потенциально очень богатый и жутко выгодный, да. Какие-то там легендарные шахты. И кровная вражда с одной из ветвей княжьего рода.
— А ты, Ольга? Ты так и не сказала, как обрела силу. Или всегда ей владела?
— Какое там, — я с показной небрежностью пожала плечами, — в тяжёлом-то мире. Нет, я обычным ребёнком росла, сказки только в книжках читала. А потом у меня на глазах мавка утащила в колодец ребёнка. Пришлось прыгать следом, догонять, спасать, ну и… В общем, теперь буду учиться здесь. Вместе с вами.
Все трое синхронно и как-то очень понимающе кивнули. А потом тишину нарушило несколько негромких мерных хлопков. Мы вздрогнули, резко все оглянулись. Оказалось, что всё это время в высоком учительском кресле сидела наставница в строгом, мундирного типа платье. Та самая, что показала дорогу в амбулаторию, когда Соне внезапно стало на церемонии дурно.
…а ведь я поклясться могла бы, что всё это время учительское место оставалось пустым и никого, кроме нас четверых, в аудитории не было. Отвела взгляд? Прошла между зеркал? Наложила невидимость?