«Температура наконец-то спала, и высыпаний вроде поменьше стало».
«Это хорошо!»
«В любом случае, ещё не скоро выпишут».
«Да уж. Не простуда. Как подцепила, выяснила?»
«Без понятия».
Вдруг в коридоре вновь раздаётся трель дверного звонка. Удивлённо смотрю на время — ещё только обед, никого не жду. Приходится освободить мишку из объятий и уйти открывать. На пороге снова курьер и ещё один букет цветов. В этот раз розы красные, но не менее красивые. Закрываю дверь и тут же звоню Илье.
— Синеглазка, ты хочешь, чтобы меня выгнали из аудитории? — тихо спрашивает он, как только берёт трубку.
— Ой, прости! Я забылась.
— Я шучу, — говорит громче. — Я вышел, так что можем говорить, сколько хочешь.
— Ты решил отправлять ко мне курьера каждый час? — хихикаю, пытаясь найти ещё одну вазу.
— В каком смысле?
— Цветы, Илья!
Между нами повисает пауза. Я ухожу на кухню, открывая дверцу шкафа, как вдруг зависаю от странного чувства неловкости. Неужели это не от Ильи?
— Хм, — звучит настороженно. — Тебе прислали цветы?
— Д-да, — аж запинаюсь.
— Интересненько, — тянет ещё более настороженно. — Это не я, синеглазка.
Я хлопаю себя по лбу. Почему я решила, что эти цветы мне? Ещё и Илье позвонила!
— Не ты? Наверное, это букет для Ады, а я и не поняла. Сейчас посмотрю визитку, — достаю из бутонов небольшой конвертик и спрашиваю, чтобы скрасить паузу: — Кстати, как тебе моя сестра?
— Милая, — судя по голосу, моя сестра его сейчас волнует меньше всего. — Вы похожи.
— Нам часто это говорят. Хотя я особого сходства не вижу…
Расправляюсь с конвертиком и читаю:
«Самой красивой девушке на свете! Выздоравливай поскорее, Дашунь».
Зависаю, раз за разом перечитывая надпись, будто от этого она волшебным образом изменится, а Илья тем временем напоминает о себе:
— Ну что там?
Закусываю губу, не зная, что говорить. Врушка из меня плохая, но… Тихонову вряд ли понравится услышать правду.
— Это букет для моей сестры, а я тут тебя тревожу посреди пары! — стараюсь произнести как можно беспечнее, и тут же краснею. Не люблю обманывать.
— Тревожь, я не против, — отвечает Илья с улыбкой.
— Ладно, не буду отвлекать. Пока, — быстро сворачиваю разговор.
— Пока, синеглазка.
Тихонов отключает звонок первым, а я стою с букетом роз в руках и продолжаю сверлить глазами визитку. Понятия не имею, от кого этот презент, но такие сюрпризы мне совсем не по душе.
Две недели моего заточения подходят к концу. Меня наконец выписывают, и я с нетерпением рвусь это отпраздновать. Развлекали меня всё это время только Илья, его ежедневные гостинцы и учебники. Больше «лишние» курьеры меня не навещали. Цветы завяли, и я быстро забыла о странном инциденте.