Нельзя плакать. Я ведь не на войну провожаю любимого, а за его мечтой. Он обхватывает моё лицо ладонями, целует долго, до головокружения, а потом мы прощаемся. Долго стою в аэропорту, наблюдая за тем, как взлетают и садятся самолёты. А реальность так и не доходит до меня окончательно. Кажется, что Илья здесь, просто ушёл на работу, и уже завтра мы обязательно увидимся вновь.
Первые недели становятся для меня особенно тяжёлыми. Я загружаю вечера учёбой, лишь бы меньше думать об Илье и не писать ему каждые пять минут. Мы созваниваемся ежедневно по видеосвязи, обычно перед сном, и болтаем по несколько часов. Переписываемся днём и в обед. У Ильи столько эмоций, ему нравится на новом месте, он пишет мне обо всём, а я читаю и тоскую. Мне хочется проживать с ним все эти моменты, но остаётся довольствоваться малым.
В первый раз Илья приезжает ко мне через две недели, поздним вечером пятницы. Я сразу же срываюсь к нему, и мы проводим вместе весь следующий день. Оба голодные друг другом, будто только-только начали встречаться. Даже не выходим на улицу.
— Рассказывай, Дашка, какие у тебя новости? А то у нас получается, что я один болтаю, — спрашивает Илья, не выпуская из объятий.
Вдыхаю родной и любимый запах, чувствуя себя в раю, и расслабленно отвечаю:
— Мне нравится тебя слушать. К тому же, тебе есть что рассказать, а у меня всё по-старому.
— А стажировка как проходит?
— Скучно. Составила пару исковых заявлений, скопировала кучу хлама по запросам. Отвезла ходатайство в суд вместо Лаврентьева. На этом всё.
— Тебе надо попробовать попасть к Чернышеву. С ним интереснее работать.
— Не хочу сейчас об этом, — прикладываю палец к губам Ильи. — Расскажи лучше, коллектив у тебя хороший?
— Смотря с какой стороны посмотреть, — фырчит любимый. — Люди грамотные, с опытом. Я для них сопля зелёная и отношение соответствующее.
— Ожидаемо, так-то.
— Умеешь ты поддержать, синеглазка, — ухмыляется Илья беззлобно.
— Я поддерживаю. Каждый день искренне желаю тебе успехов.
— Я знаю. Прорвёмся, Даш, было бы желание.
— Новичков нет?
— Не-а. От Савицкого особо не убегают.
— А как твой отец?
— Всё хорошо. Жильё пока так и не получил, живёт на съёмной, но всё оплачивается. Он хочет поменять квартиру, чтобы мы вместе жили, а я бы доплачивал разницу. Но мы пока думаем, как сделать выгоднее.
— А как выгоднее?
— Продать квартиру здесь, взять в Москве с доплатой и оформить на меня. К тому времени, как ты переедешь, отец уже свою получит, а я всё для нас обустрою.
— Мне так нравится, как ты говоришь «для нас».
— А для кого же ещё? Только для нас, синеглазка.