***

Это точно какой-то сговор, не иначе! В институте чуть не каждая вторая студентка подбегает ко мне с расспросами о Тихонове.

«Как дела? У вас с Ильёй сегодня будет занятие? А в какой аудитории?»

«Привет! Это ты с Ильёй занимаешься? Повезло! А ты можешь как-нибудь между делом спросить, есть ли у него девушка?»

«Салют! Повезло же тебе, с Тихоновым работу пишешь! А он тебе не давал случайно свой номер? Можешь поделиться? Да как нет-то?!»

«Ой, Миронова, давно не виделись! Как Илья? Сработались? Правда, он классный? Слушай, а спроси у него, в каких клубах он предпочитает отдыхать?»

«Приветик, Дашунь! У вас с Ильёй уже были совместные занятия? А ты случаем не знаешь, где он живёт? Узнай пожалуйста! Вдруг в моём районе…»

К концу учебного дня у меня уже голова пухнет. Я не видела Тихонова ни вчера, ни сегодня, но эффект его присутствия вокруг меня просто нереальный! Столько непрошенного внимания и всё из-за какого-то парня! Только теперь я поняла, насколько Илья популярен.

— А Мироновой нет? — слышу голос преподавателя и вяло поднимаю руку.

— Я здесь!

— Хм, неожиданно, — Степан Львович щурится, глядя в конец аудитории.

Вот уж точно, неожиданно. Я сижу на отшибе, стараясь быть незаметной. Ссутулилась и волосы на лицо отпустила. Обычно я на первых партах, всегда поближе к трибуне.

— Хорошо себя чувствуете?

— Вполне.

Увы, это неправда. За два дня бесконечных расспросов, я выдохлась и готова зарыться под плинтус.

— Отлично, — кивает преподаватель. — Сходите за журналом посещаемости, будьте любезны.

Степан Львович практически всегда приходит на лекцию без журнала, хотя по правилам универа, брать его не может никто, кроме преподавателей. Даже старостам запретили, после скандала с неотмеченными прогулами. Так уж вышло, что почти в каждой группе есть избранный, которому доверяют. И в моей группе это я.

— Да, конечно. — Я поднимаюсь, чувствуя на себе взгляды отдельных девушек, которые, видимо, ещё не успели задать мне свои вопросы, но очень этого хотят.

— А можно мне с ней? — говорит кто-то, и я жмурюсь от досады.

— Не беспокойтесь, Горшкова, журнал не тяжёлый, — спасает меня Степан Львович. — Миронова и одна справится.

Выхожу в просторный коридор и радуюсь, что пара в самом разгаре. Вокруг тишина и спокойствие. Мне нужно в дальнее крыло, туда, где меньше всего студентов. Занимаются там в основном малыми группами, в небольших аудиториях, а на четвёртом этаже деканат. Иду специально неторопливо, радуясь уединению. Поднимаюсь на нужный этаж и невольно смотрю в конец крыла, на кабинет декана. Подумать только, что два дня назад я своими руками умудрилась сделать из него ловушку. Правда и Тихонов немного помог, не без этого.